Читаем Сурвивалист полностью

Моё одиночество было недолгим. Тихо открылась неприметная дверца в левой стене и в кабинет, хохоча, впорхнула Катаржина. Румяный бард следовал в кильватере княжны, весело скалясь белоснежными зубами. Увидев меня, Катаржина резко пасмурнела:

- Что опять произошло? - жёстко спросила девушка, усаживаясь в хозяйское кресло. Бард отошёл к стене и стал у меня за спиной.

- Нам надо поговорить, - я отбросил деликатность и, не дожидаясь приглашения, уселся напротив Катаржины. - Без лишних свидетелей.

- Здесь нет никого лишнего, - княжна откинулась на спинку кресла, ещё больше разрывая дистанцию между нами и демонстрируя недоверие.

Мне было чертовски неприятно говорить, когда сзади маячил бард, особенно зная, что он не обычный сладкоголосый повеса, а профессиональный шпион Ксаверия Шиманьского. Инстинктивно я ожидал удара кинжалом в спину или удавки на горло, буквально ощущая между лопаток его взгляд. Можно было рассказать Катаржине об истинной сущности её фаворита, вывести барда на чистую воду, только как-то доказать свои слова я не могу, кроме того, мне казалось, что эту карту получится разыграть при других обстоятельствах, получив дополнительные преференции.

- Жена моя, - я предпринял ещё одну попытку отослать шпика прочь. Если же Катаржина не согласится, то и смысл продолжать разговор пропадёт - всё сказанное в кабинете будет моментально передано Шиманьскому. - Никто не сомневаюсь в надёжности твоих «слуг» и в том, что они преданно служат своему «господину», - я не смог удержаться и пустил шпильку в адрес барда (поймёт ли мои намёки девушка?), - однако нам необходимо обсудить весьма... деликатный вопрос, который касается измены.

- Выйди, - сурово посмотрела на фаворита Катаржина. Тот замялся, желая возразить и остаться в кабинете, но девушка сумела меня удивить, когда грозно рявкнула: - Прочь!

Не оборачиваясь, я расслышал сзади лёгкие шаги и скрип закрывающейся за бардом двери. Предельно собранная и серьёзная молодая княжна внимательно смотрела на меня, ожидая объяснений. В этот момент я залюбовался своей женой - предо мной сидела настоящая правительница, готовая на решительные шаги, чтобы сохранить мир и порядок в своём маноре.

- Я слушаю, - требовательно напомнила о себе Катаржина, - о какой измене ты говорил?

Мой рассказ не занял много времени, однако выводы, которые из него сделала девушка, были не совсем такие, как я рассчитывал. Она откинулась на спинку кресла, несколько минут молча рассматривал меня и наконец, произнесла:

- Значит, рассылаешь везде шпионов... и сколько их при моем дворе?

В этот момент я мысленно похвалил Фармака за его предусмотрительность. Когда мы договаривались со Стасом о сотрудничестве, он отказался назвать имена, места проживания и работы своих агентов. Тогда я подумал, что он не полностью мне доверяет и желает обезопасить своих людей, однако сейчас на ум пришла старая фраза: «Лучше всего хранит тайну тот, кто её не знает». Есть ли у Фармака шпионы в Ринице и непосредственно в княжеской резиденции? Да откуда мне знать?! Он ничего не говорил и, глядя Катаржине в глаза, я честно ответил:

- При твоём дворе, «моих» шпионов нет. Прикажешь слугам принести Сферу Правды? Могу поклясться на ней, - сейчас я мог клясться на чём и чем угодно. Однако закралась одна подленькая мысль: «А нет ли у Катаржины шпиков в ордене?» Только вчера я дал поручение Громыхайло и Фармаку завербовать агентов в княжеской свите и вдруг она задаёт настолько провокационные вопросы. Прав был гном - девушка очень непроста.

- Хорошо. Я тебе верю.

- Чему именно? - решил уточнить я. - Относительно предательства помещиков или по поводу отсутствия шпионов?

- И первому, и второму, - покровительственно улыбнулась Катаржина. - Ты дем - чужак в нашем мире и без моей (особенно моего отца) поддержки долго не протянешь. Ты слаб и не станешь строить козни против меня, а вот поместные дворяне... я ведь их дважды приглашала в Риницу! Отправляла гонцов с письмами, чтобы они приехали и принесли вассальную присягу...

- А они? - поскольку девушка замолчала, я её поторопил.

Катаржина посмотрела куда-то вдаль и вяло махнула рукой:

- Пустые отговорки. То у них свадьбы, то похороны, то дни рождения, то поминки. Ха-ха. Представляешь! Первое время они даже меня, МЕНЯ, приглашали на эти свои провинциальные забавы.

Я с жалостью посмотрел на развеселившуюся девушку. «Ребёнок. Какой же она, по сути, ещё ребёнок. По крайней мере, теперь мне понятно: почему помещики решились на бунт. Как ты к людям, так и они к тебе - если Катаржина подобным образом реагировала на приглашения дворян, а зная её характер, я уверен, что именно в таких словах (если не жёстче) она им и ответила, то многое становится на свои места».