Читаем Супермодель Навсегда полностью

Рассматривая морщинистое лицо Жан-Пьера, можно было с лёгкостью представить его в образе писателя Эрнеста Хемингуэя, в морской кепке, поглаживающего своего урчащего котика и затягивающегося кубинской сигарой! Годами позже Адриан Михайлович рассказал, что Жан-Пьер осуществил свою мечту и уехал, бросив в итоге всё, жить на Кубу и там женился ещё раз. Как бы хорошо я не относилась к мадам Жан-Пьер, всё же искренне обрадовалась, узнав об этом. Нет ничего дороже, чем человеческая свобода, и когда мы начинаем жить в постоянном компромиссе и борьбе за неё, то, безусловно, наращиваем новые качества. Но приходит время, и отработанный путь можно оставить и пуститься в новое плавание. Такая честность поступка достойна ни сколь не меньшего уважения, чем выдержка и мудрость. Жан-Пьер заслужил право распоряжаться своей жизнью и всё нажитое оставил бывшей жене, уехав жить на одну пенсию. Я думаю и надеюсь, что там он стал абсолютно счастливым. Ведь только счастливый по-настоящему человек может сделать мир вокруг прекраснее, поэтому человеческое стремление к полному счастью есть природой заложенное естество, без которого невообразимы этапы эволюции космического сознания и своевременные квантовые скачки. Счастье есть норма!


Глава7

– Мой тебе совет, милая, думай о том, что будешь делать дальше; время идёт очень быстро, и мне уже двадцать пять, а кажется, что приехала только вчера.

Вера сделала большой глоток виски из хрустального стакана и потянулась за сигаретой. Я с интересом рассматривала её красивые руки. Платиновая блондинка, она была очень похожа на американскую кинозвезду Шэрон Стоун. Мы прилетели вместе из Парижа в Мадрид на показ испанского именитого модного дома Loewe; нас разместили в одном просторном номере класса люкс пятизвёздочной гостиницы на главной площади города. Из окна номера был виден роскошный фонтан.

– Сегодня ты у них любимая модель, а завтра приедет новая и станет звездой, и про тебя все они забудут! Пока тебе ещё только шестнадцать, думай головой и не расслабляйся!

Слова Веры запали в душу. В девушке было что-то очень естественное и спонтанное, и она мне очень понравилась. Вера научила правильно делать маникюр, её тонкий аромат и шёлковое белое ночное платье только подчёркивали природное изящество. Вера не могла уснуть, пока не выпила весь мини-бар. Я очень переживала, как же завтра она будет ходить на подиуме.

Перейти на страницу:

Похожие книги

10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Моя борьба
Моя борьба

"Моя борьба" - история на автобиографической основе, рассказанная от третьего лица с органическими пассажами из дневника Певицы ночного кабаре Парижа, главного персонажа романа, и ее прозаическими зарисовками фантасмагорической фикции, которую она пишет пытаясь стать писателем.Странности парижской жизни, увиденной глазами не туриста, встречи с "перемещенными лицами" со всего мира, "феллинические" сценки русского кабаре столицы и его знаменитостей, рок-н-ролл как он есть на самом деле - составляют жизнь и борьбу главного персонажа романа, непризнанного художника, современной женщины восьмидесятых, одиночки.Не составит большого труда узнать Лимонова в портрете писателя. Романтический и "дикий", мальчиковый и отважный, он проходит через текст, чтобы в конце концов соединиться с певицей в одной из финальных сцен-фантасмагорий. Роман тем не менее не "'заклинивается" на жизни Эдуарда Лимонова. Перед нами скорее картина восьмидесятых годов Парижа, написанная от лица человека. проведшего половину своей жизни за границей. Неожиданные и "крутые" порой суждения, черный и жестокий юмор, поэтические предчувствия рассказчицы - певицы-писателя рисуют картину меняющейся эпохи.

Александр Снегирев , Елизавета Евгеньевна Слесарева , Адольф Гитлер , Наталия Георгиевна Медведева , Дмитрий Юрьевич Носов

Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Спорт