Читаем Сумрак полностью

– Врет! Если даже не решает, то работать то она продолжает. Вот сейчас мне доложили, что сюда пытались проникнуть БАРСы Севера. Придется усилить твою охрану.

– Это не имеет никакого значения, можешь охрану совсем убрать. Я не привязан к этому телу, могу пользоваться любым на выбор.

– Это вообще-то запрещено кодексом трампов, – осторожно замечает Бизон. В эмоциях некоторая сумятица.

– А кто его составлял и подписывал? У нас ведь независимый союз трампов? Так что нужно и свои законы принимать. К тому же я пользуюсь в основном добровольцами и не причиняю вреда донорам. Короче, отзывай охрану, пусть лучше тебя и Мерлина охраняют. Да, ты Анатолия видел сегодня? Он утром был, говорил, что тот киргиз вроде согласился на запрошенную сумму?

– Н-нет, не видел, – от удивления Бизон чуть запнулся, но быстро взял себя в руки. – Если согласился – хорошо, будем брать!

Ну, ну, брать они будут! А мы вот сейчас и выясним, с кем ты работаешь и какие планы. Нет, к Константину в мозги я не полезу, почувствует. А вот к киргизу наведаюсь и подожду, кто ему позвонит. Ничего, потом скажу, что я не так понял Толика. Или выложу всю историю, как есть, послушаю, какие оправдания последуют.

Озадаченный Бизон задал еще несколько малозначащих вопросов и удалился, посетовав на большое количество работы. Я тут же пожаловался медсестре что устал и хочу поспать еще. От укола отказался, попросил не будить. Рожу киргиза вспомнил не сразу, пришлось напрячься. Получилось, оказываюсь в его спальне. До сих пор спит, причем рядом какая-то малолетка. Подождем. Обследовал квартиру, не особо шикарная, не исключено что съемная. Ага, клиент зашевелился, потянулся к лежащему на тумбочке телефону. Послушаем, управление забирать не буду, достаточно узнать содержание беседы.

– Да, я. – хрипло говорит в трубку киргиз. Вчера перебрал малость, состояние чуть лучше, чем у моего тела.

– Ты где? Что мне за херню сообщают, ты что, был снова в МФЦ? – голос незнакомый, из памяти клиента выуживаю – Игорь Геннадиевич из ФСБ.

– За каким? Я вообще в Сызрани второй день, дома сижу.

– Точно? И не звонил менту? Смотри, узнаю, что мутишь какие-то свои схемы – не обижайся! Давай, завтра готовься, я позвоню позже.

Нахожу в памяти, как выглядит этот Игорь Геннадиевич. Высокий, круглолицый, греческий нос, родинка возле правого уха. Звание неизвестно, фамилия тоже. На крючке держит хорошо: поймали с солидной партией наркоты, пришлось сдать поставщика.

Немного опасаюсь, вдруг этот ФСБ-шник трамп. Или его охраняют. Ничего, успею удрать если что. Перемещаюсь. Так, едем в авто, мой клиент на пассажирском сидении. Как раз разговаривает по телефону. Успеваю уловить только последние слова:

– Так что сам разбирайся, чего там за непонятки.

Почувствовал вмешательство, тревога нарастает. Нет, что я у него сижу в мозгах, не догадывается, предполагает попытку внедрения. Или трамп или из осведомленных. Но о том, что можно и не выбрасывать хозяина из тела не в курсе. Вот и пороемся в закромах памяти! Звонил Константину, своему старому знакомому, как и предполагалось. Не трамп, и даже не имеет отношения к московской организации. Работает с Бизоном, тот помогает ему продвинуться, он же и сообщил о трампах. Непонятно пока, то ли Бизон действует в своих интересах, с далеко идущими планами, то ли все-таки с москвичами, но не стал им отдавать своего друга. Предъявить мне пока что ему нечего, подстава Толика пусть и не есть хорошо, но предательством не назовешь. Скажет, что разрабатывался план до знакомства со мной и не стали отменять, чтобы надежнее привязать Анатолия. Фиг с ним, пока буду наблюдать, предупрежден – значит вооружен.

Возвращаюсь в больницу, вовремя. Несмотря на просьбе не будить, возле меня Север и Татарин. Ну да, им медсестра не препятствие.

– Извини что разбудили, но дело не терпит отлагательств. Как самочувствие? – проявляет дежурное сочувствие Татарин.

– Не дождетесь! Давайте, что у вас, только быстро, я спать хочу.

– Да вот, хотим уточнить у первоисточника. Мы ведь не так договаривались изначально, речь шла о встрече, а потом уже все остальное.

– Кто с кем договаривался? Нуари выполнила свою часть договора с нашей городской организацией, а как выяснилось, ее больше не существует. Поэтому и новые условия. После их выполнения будет встреча. Нет – станет тремя трампами меньше и будут названы очередные кандидаты.

А трусят ведь визитеры, до дрожи в коленках! Страх и злость преобладают в эмоциях, особенно у Севера. Он и внешне не скрывает неприязни ко мне. Татарин тот пытается хотя бы казаться нейтральным. Уже благожелательность не изображает.

– Но мы не отказываемся от освобождения ее друзей! Давай организуем встречу с ней и обсудим условия передачи, мы готовы отдать всех сразу! Просто хотим гарантии, что они не причинят нам вреда, более того надеемся на взаимовыгодное сотрудничество!