Туманный Тим

Сумрачный рай самураев

Тим Туманный

Сумрачный  рай  самураев

Таков вам положен предел,

Его ж никто не преступает

А.С. Пушкин, "Сцена из Фауста"

Часть первая

Жара придавила Москву, как распаренная, источающая розоватое свечение туша бегемота.

В глубине малокровного сада раскалялось до тихого звона старинное, желтого кирпича четырехэтажное здание.

Он знал, что не может быть свидетелей его одиночества в высоте: стоило поднять глаза к небу, и тотчас глаза прожигала до дна ослепительная солнечная соль. Он мог вечно крутить безысходные, черные кольца на одном и том же месте, словно кордовая модель. Мог с жестокой жалостью глядеть на тощие зонты деревьев, не отбрасывающие никакой тени. Когда-то растения предпочли корни крыльям, при этом кровную связь с землей сохранили, но высоту потеряли навсегда. Что ж, каждый волен сделать свой неправильный выбор.

Впрочем, и в небе есть свои ухабы. Хозяин грозы, этот древний любитель дешевых пиротехнических эффектов, за дымовой завесой кровяно-охряных облаков уже перегруппировывал свои полки. Стаи боевых бешеных небесных львов готовились к атаке. Гривы их были подожжены. Рваный львиный рев сотрясал белесую небесную саванну от горизонта до горизонта, и в этом реве сплелись и сплавились мощь страдания и беспомощность ненависти, горечь бессмысленной победы и радость бесполезного побега. Сам же Хозяин как обычно мчался впереди на лихом белом козле во всем блеске своего омерзения: пузатый, как бензовоз, потный, изрыгающий хриплый похотливый хохот. Сверкают плотоядные, как саранча, глазки, а рыжий, ржавый совок бородки воинственно задран кверху. Прозрачные ветряные плети-семихвостки извиваются в обеих руках... Типичная такая колониальная мразь в белом пробковом шлеме.

Да и черт с ним, если вдуматься... Страшно лишь то, что ворон все равно не успеет. Предупреждающий никогда не является вовремя, иначе жизнь пребывала бы в состоянии непролазного рая.

Ворон с трудом разглядел Стеллу сквозь зеленоватую волнистую муть немытого оконного стекла. Закинув ногу на ногу, она сидела на деревянном стуле, глядя в потолок одичалыми от зноя и скуки глазами. Одета она была довольно странно. Во всяком случае для студентки, явившейся на пересдачу зачета по научному коммунизму: выцветшие до бледной незабудки джинсовые шорты в обтяжку, сандалии на античной шнуровке, маечка-безрукавочка со словами Башлачева "Мне нравится БГ, а не наоборот" во всю грудь. В облегающем ее голову мерцающем нимбе волос буйствовала преступная, бесовская осень - вскипали темно вишневые волны, играли в шахматы каштановые тени, сладко вспыхивал мед, перетекающий в медь, и паутиной вились платиновые нити. Мрачные, морозно-лазурные лезвия ее глаз сияли волшебно и страшно. Так в зимнюю ночь искрами блестит лед в лунном свете.

Девушка с магнитными ногами. Такие девушки созданы для вечной и несчастной любви. Одно могло ее спасти - если бы ее чрезмерно утонченное, излучающее печалящую прелесть лицо было бы хоть чуточку поглупее.

Жара превратила воздух в желтое желе. Наждачный язык царапал небо, губы высохли и растрескались, а каждый вздох дарил интересным ощущением набившейся в легкие стеклянной ваты. Скорее только в силу непоправимой привычки Стелла сохраняла сосредоточенно-мрачную самурайскую невозмутимость, и никак не реагировала на подлые солнечные удары в солнечное сплетение.

Ворон вздрогнул: так неожиданно, прыжком, словно выбросившись из седла, Стелла покинула свой неуютный трон. Она прошлась по коридору, остановилась возле стенда с институтской стенгазетой и, заложив руки за спину, со скептическим любопытством принялась изучать сей коридорный листок.

Дисседенствующие студенческие руки уже шкодливо приложились к стенгазете. Исполненное достоинства название "За перестройку!" преобразилось в сомнительный лозунг "За "перец" - тройку!". Фото Горбачева с подретушированной лысиной увенчалось сентенцией "И на солнце есть пятна". Героический девиз "Родная моя дорогая страна, ты можешь на нас положиться!" потерял две последних буквы, отчего героизма не утратил, а пикантности приобрел. В самом деле, последние семьдесят лет родная страна только этим и занималась...