Отвечаю: как говорит Августин, «Бог мог из другого рода принять человеческую природу, а не из рода того Адама, который своим грехом связал весь род человеческий…. Но Бог счел лучшим принять человеческую природу, посредством которой он мог победить врага рода человеческого, из того самого рода, который был побежден»[78]. И на то было три причины. Во-первых, та, что исправление согрешившего представляется делом правосудности, и потому именно от поврежденной природы должно было быть принято то, посредством чего должна была быть искуплена вся природа. Во-вторых, та, что высшим достоинством человека является происхождение победителя дьявола из побежденного дьяволом рода. В-третьих, та, что благодаря этому с наибольшей очевидностью была явлена сила Божия, поскольку принятое от поврежденной и ослабленной природы Он вознес к такой силе и славе.

Ответ на возражение 1. Христу надлежало быть отделенным от грешников в том, что касается греха, который Он пришел уничтожить, а не в том, что касается природы, которую Он пришел спасти и в которой, как говорит апостол, «Он должен был во всем уподобиться братиям, чтобы быть милостивым» (Евр. 2:17). И в этом наиболее чудесным образом нам явлена Его невинность, поскольку, несмотря на принятие из средоточия заразы греха, Его природа была наделена такой чистотой.

Ответ на возражение 2. Как уже было сказано, Тому, Кто пришел уничтожить грех, приличествовало быть отделенным от грешников в том, что касается греха, которому был подчинен Адам, спасенный Христом, как сказано [в Писании], «от собственного его падения» (Прем. 10:1). Ведь Тот, Кто пришел для очищения всех, Сам не нуждается в очищении, что подобно тому, как и в любом роде движения и первый двигатель в отношении этого движения неподвижен, и начало изменения – неизменно. Следовательно, мнение о том, что Ему надлежало принять человеческую природу в самом Адаме, представляется неправильным.

Ответ на возражение 3. Поскольку Христу в первую очередь надлежало быть отделенным от грешников в том, что касается греха, и обладать наивысшей невинностью, то было необходимо, чтобы на полпути между первым грешником и Христом находились некоторые праведники, через которых могло посиять предвозвещение [Его] грядущей святости. И потому в сообществе тех людей, от которых должен был произойти Христос, Бог определил быть знамениям святости, начавшимся в Аврааме, который первый получил обетование относительно Христа и обрезание как знак сохранения завета, о чем читаем [в Писании] (Быт. 17:11).

Вопрос 5. О частях человеческой природы, которые выли приняты

Теперь мы рассмотрим принятие частей человеческой природы, под каковым заглавием наличествует четыре пункта: 1) надлежало ли Сыну Божию принять истинное тело; 2) надлежало ли Ему принять земное тело, то есть состоящее из плоти и крови; 3) надлежало ли Ему принять душу; 4) надлежало ли Ему принять ум.

Раздел 1. Надлежало ли Сыну Божию принять истинное тело?

С первым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что Сын Божий не принимал истинного тела. Ведь сказано же [в Писании], что Он сделался «подобным человекам» (Филип. 2:7). Но о том, что поистине таково, не говорится как о том, что ему подобно. Следовательно, Сын Божий не принимал истинного тела.

Возражение 2. Далее, принятие тела никоим образом не уменьшает достоинства Божества; так, папа Лев говорит, что «ни прославление не поглощает низшую природу, ни принятие не уменьшает высшую». Но достоинству Божию подобает полная отделенность от всякой телесности. Следовательно, похоже на то, что посредством принятия Бог не был соединен с телом.

Возражение 3. Далее, предзнаменования должны соответствовать реалиям. Но ветхозаветные видения, которые были предзнаменованиями явления Христова, имели дело не с реальным телом, а с видимым в воображении, как это явствует из сказанного: «Видел я Господа, сидящего…» и т. д. (Ис. 6:1), Следовательно, похоже, что явление Сына Божия в мир произошло не в реальном, а в воображаемом теле.

Этому противоречат следующие слова Августина: «Если тело Христово было призрачным, то Христос обманул нас, а если Он обманул нас, то Он – не Истина. Но Христос – Истина. Следовательно, Его тело не было призрачным»[79]. Отсюда очевидно, что Он принял истинное тело.