Читаем Сумма теологии. Том X полностью

Ответ на возражение 1. Святые, имеющие пребывать на небесах, не будут нуждаться в каком-либо последующем искуплении посредством священничества Христа, но, будучи искуплены, они будут нуждаться в осуществлении через посредство Самого Христа, от Которого зависит их слава, согласно сказанному [в Писании]: «Слава Божия осветила его», то есть город святых, «и светильник его – Агнец» (Откр. 21:23).

Ответ на возражение 2. Хотя страсти и смерть Христовы не повторятся, однако действенность этой Жертвы пребудет вовек, поскольку, как сказано, «Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых» (Евр. 10:14).

Ответ на возражение 3 очевиден из сказанного.

Что же касается единственности этой жертвы, то она предвозвещалась в Законе тем, что один раз в год первосвященник Закона вступал во Святилище со священным приношением крови. Однако этот образ уступал действительности, поскольку жертва не обладала постоянной действенностью, в связи с чем жертвы нужно было приносить ежегодно.

С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.

Возражение 1. Кажется, что священничество Христа не было по чину Мельхиседека. В самом деле, Христос, будучи главным священником, является учредителем всяческого священства. Но главный не может быть вторичным по отношению к кому-либо, напротив, все вторичны по отношению к нему. Следовательно, Христа не должно называть священником по чину Мельхиседека.

Возражение 2. Далее, священничество Старого Закона имеет больше общего со священничеством Христа, чем то священничество, которое было до Закона. Затем, нами уже было сказано во второй части (ИИ-ИИ, 2, 7) о том, что чем меньше времени отделяло таинства от пришествия Христа, тем более явственно они предвозвещали Его. Следовательно, священничество Христа скорее должно быть означено священничеством Закона, чем чином Мельхиседека, который жил до Закона.

Возражение 3. Далее, [в Писании о Мельхиседеке] сказано, что он есть «царь мира», без отца, без матери, без родословия, не имеющий ни начала дней, ни конца жизни» (Евр. 7:2, 3), каковые слова могут быть отнесены только к Сыну Божию. Следовательно, Христа должно называть священником не по чину Мельхиседека, как если бы речь шла о ком-то другом, но – по Своему собственному чину.

Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Ты – священник вовек по чину Мельхиседека» (Пс. 109:4).

Отвечаю: нами уже было сказано (4) о том, что хотя священничество Закона и было образом священничества Христа, однако оно не только не было ему тождественно, но и весьма уступало, причем как потому, что священничество Закона не искупало грехи, так и потому, что оно, в отличие от священничества Христа, не было вечным. Но превосходство Христа над левитским священством было предвозвещено священничеством Мельхиседека, который получил десятины от Авраама, в чреслах которого принесло десятины и священничество Закона. Поэтому для того, чтобы показать превосходство истинного священничества над образным священничеством Закона, о священничестве Христа говорится, что оно есть «по чину Мельхиседека».

Ответ на возражение 1. О Христе говорят, что Он есть «по чину Мельхиседека», не потому, что последний превосходил Его как священник, а потому, что он предвозвестил превосходство Христа над левитским священством.

Ответ на возражение 2. В священничестве Христа должно принимать во внимание две вещи, а именно жертвоприношение Христа и [нашу] причастность жертве. С точки зрения актуального жертвоприношения священничество Христа более явно предвозвещалось проливавшим кровь священничеством Закона, чем священничеством Мельхиседека, который не проливал крови. Но если рассматривать причастность этой жертве и ее следствие, в чем в первую очередь и заключается превосходство священничества Христа над священничеством Закона, то это было более явно предвозвещено священничеством Мельхиседека, который предложил хлеб и вино, что, по словам Августина, было указанием на церковное единство, установленное нашей причастностью жертве Христа[315]. Поэтому и в Новом Законе истинная жертва Христа преподносится верным в виде хлеба и вина.

Ответ на возражение 3. Мельхиседек описан как не имеющий ни отца, ни матери, ни родословия, а также ни начала дней, ни конца жизни, не потому, что у него всего этого не было, а потому, что эти подробности не были сообщены нам Священным Писанием. И именно поэтому апостол далее говорит, что он был в этом «уподоблен» Сыну Божию, Который не имел ни земного отца, ни небесной матери, ни какого-либо родословия, согласно сказанному [в Писании]: «Род Его кто изъяснит?» (Ис. 53:8), и Который в Своем Божестве не имеет начала и конца дней.