Формат слабо структурирован и поэтому ассоциируется с неинституциональными организованностями: род, племя, архаичные полуродовые-полугосударственные структуры, банды, неформализованные «фабрики мысли».

Такими же слабо структурированными получаются военные силы, соответствующие данному формату. Прежде всего, войска здесь «личные», а не «общественные»: они подчиняются только своему командиру, который не может быть сменен или отозван. Войска всегда снабжаются за счет местных ресурсов, то есть грабят и мародерствуют.

К «первичным армиям» принадлежат не только бандформирования, пираты, партизаны и прочие террористические группы, но и, например, германские именные «боевые группы» 1943-1944 гг. Впервые такие группы возникли в ходе советского контрнаступления под Сталинградом, когда на всем южном крыле советско-германского фронта возникла «взвесь» из остатков германских, румынских, итальянских, венгерских частей и соединений. В возникшей неразберихе, когда ни о снабжении, ни о связи, ни об осмысленных распоряжениях командования не могло быть и речи, солдаты группировались вокруг тех, кто сохранял способность мыслить, предвидеть, приказывать. Командиры групп никакого внятного положения в иерархии вермахта не занимали и никакого права приказывать, в общем-то, не имели.

Войска первичного формата не могут решать каких-либо позитивных задач: это сугубо разрушающая сила. Они не могут контролировать территорию, если под контролем понимать организацию на этой территории какой-либо деятельности. Но они очень эффективно препятствуют чужому контролю над территорией. При этом такие «личные армии» достаточно трудно уничтожить, хотя разгромить любую отдельную группу не представляет серьезных проблем.

Армии первичного формата, конечно, реликты давно перевернутой страницы военной истории. Но в условиях «релаксационных войн» и распада государственных систем такие армии возникают снова и снова, поскольку способны выживать в условиях всеобщего разложения: Абхазия, Осетия, Югославия, Иран, Ливия, Сирия… Очень может быть, что вскоре Иран, Греция, Валлония, Северная Ирландия.

Подобный формат мышления регулярно встречается в социально-гуманитарных инициативах, направленных на построение на отдельно взятой территории (квартире, офисе, коттеджном поселке) нового, «более лучшего» мира. Автором и носителем такой инициативы, как правило, является отдельно взятый гуру, личное мнение и богатый внутренний мир которого служат для нее содержательными основаниями. Примеры – религиозные альтернативные поселения, к примеру коммуна последователей учения Виссариона и экологические общественные организации.

В области долгосрочных проектов и долгосрочного планирования первичный формат мышления также встречается достаточно регулярно. К примеру, к нему относится большинство стратегий и проектов развития городов индивидуального авторства. Из недавних примеров, это проект Глеба Тюрина по развитию промышленного моногорода Пикалево (Ленинградская область) и Пермский культурный проект Марата Гельмана.

Подчеркнем, что сам по себе первичный формат мышления и принадлежность проекта к нему не несут негативной коннотации. Наоборот, подобные инициативы чрезвычайно устойчивы сами по себе – как и первичный формат мышления. Другое дело, что он накладывает на проекты жесткие ограничения по масштабу, сложности и продолжительности.

Философский (античный) формат

Формат был создан в античной Греции и привел к выходу Эллады из состояния упадка, наступившего после Троянской войны и краха Крито-Микенской культуры. Это мышление (философское) можно определить как преодоление мифологии или же бегство от нее.

Предметом является окружающий мир, заданный в лексических конструкциях. Философское мышление отрывается от зримого и начинает целенаправленно работать с тем, что лежит за пределами предметного мира. Вводится понятие категории. Ставится вопрос о рамках, в которых должно быть заключено «правильное мышление», но эти рамки по крайней мере, до Аристотеля, а частично и позже не сорганизованы.

Античная философия выделяет слои мышления, коммуникации и деятельности и вводит понятие Логоса, как способа соорганизации мышления и коммуникации: «освобожденная», «выпущенная наружу» мысль, смысл вещи или события» (М. Хайдеггер). Поэтому аргументация в философском формате логична: она использует Логос и построена на рассуждении. Доказательство производится через убеждение, для чего используется сначала миф, затем своеобразное сочетание мифа и логики и, наконец, уже на этапе кризиса формата, собственно логика.

Рефлексия возможна с помощью учителя, она всегда в диалоге.

Пространство простое, время сложное, структурированное, сотворенное и конечное. Мир развивается эволюционно и признается познаваемым. Познаваемость даже транслируема, но только очень немногим людям философское мышление сугубо элитарно.

Результаты мышления образуют философскую школу, которая является институтом и воспроизводства, и развития формата.