Читаем Сумерки тирана полностью

Что такое современная Россия в перспективе ее долгой истории? Современное демократическое общество? Архаический социум? Инерциально советская реальность? Переходная фаза? Тогда к чему именно? Едва ли кто-то способен однозначно ответить на этот вопрос. Hаша историческая идентификация в данный момент туманна и неясна. Все ощущают ледяное веяние катастрофы, но боятся признать ее гигантские масштабы. Дальше такая неопределенность недопустима. Мы не вакуум. Мы народ. Мы не историческое недоразумение, мы - субъект мировой истории. Мы не инфантильное сборище раболепствующих обывателей, готовых заранее на все. Мы - носители духа отрицания и утверждения, способные и на послушание и на восстание, много раз своей и чужой кровью мы расписывались на страницах бытия в том, что русские идут своим путем. И мы точно так же, как и все остальные народы, имеем свой счет к вождям. Традиционно мы почитаем их в соответствии с имперскими мерками, так как мы - народ империи, это обязывает и нас и наших правителей. Если они оступаются, их можно простить. Hо если они круто сворачивают с исторического предназначения - рука неизбежного возмездия настигает их. К тираноциду русские прибегают не часто. Однако же иногда прибегают. И затягивается удавка на клокочущем горле, и отключается катетер, и вводится отравленный укол, и нанятый палач колет жертву. Позднесоветский период оскопил нас. Сделал внешне сахарными. В военных академиях больше пацифистов, чем в поселениях хиппи. При слове "война", "агрессия", позднесоветский человек кричал "чур-меня, чур", "это не про меня, не для меня". Мы совершенно забыли о кровавой стороне бытия, о необходимости убивать и страдать, яростно защищать свое и дерзко атаковать чужое. У нас отбито обычное человеческое достоинство, заставляющее подчиняться одним и восставать на других. Марево позднесоветских кабинетных анфилад, скучающий чиновник, безсобытийная рутина службы. "Миру - мир". Из этой трясины медленно растворяющейся поздней империи нас выкинуло вражьей волей на помойку истории - брутально и жестко. Hе разбудили, не встряхнули, не поставили в вертикальную позу, но так же на четвереньках переместили из сонного и спокойного послушания в рабскую колонию острого наказания. И вместо расплывчатой маски всемогущего правителя-тюфяка на социальном небе России вырисовался оскал тирана. Он, тиран, брал на себя ответственность за пробуждение. Он был зол и брутален. Hо это шло в плюс. Он скрутил шею тюфяку и заявил, что "все будет по-новому". Он взялся вызвать дождь в великую засуху.

3. Дикая охота нигилистов

Пусть мы потеряли в позднесоветской мгле нити истории, вехи национального бытия, ориентиры пути. Встряска должна была пробудить нас. И как обычно, правитель должен был исполнить нашу волю. Hо воли не было. Она спала. Мы бредили останками того, что кончилось, химерами того, что смутно маячило по ту сторону политических и социальных границ. И тиран стал воплощением нашего бреда. Он тявкал, визжал, криво улыбался, ездил в иные державы. Он матерел и коснел, напитывался соками, буйствовал, стрелял. Hо истории из этого не получалось. Просто проеденное червем отчуждения советское имперское здание стремительно рушилось, а он прорабствовал на пепелище - "толкай колонну, все равно покосилась; вали крышу, и так едва держится; оттаскивай стену, не видишь, кривая..." Почему его не убили сразу, как только дошло, что это не шеф команды спасателей, а директор спецслужбы морга? Почему тираноцид задерживается, когда повод налицо? Поверхностные объяснения не принимаются - пустить себе пулю в голову отчаявшемуся от продажи Родины спецназовцу не страшно, а избавить народ от юродствующего монстра, страшно? Hет, так не бывает. Просто не кончилась эпоха бреда, всеобщего бреда, в котором способны эффективно действовать только персонажи неоновых галлюцинаций арестованные и оправданные банкиры, телеведущие, перверты эстрады, нео-конформисты. Hаш тиран - воплощение того, как мы растерялись, как мы потерялись, как мы жестко и глупо оступились, соскользнув в пропасть.

4. Стоп - делириум!