Читаем Сумерки Империи полностью

Сайленс и Кэррион быстро продвигались по искривленным коридорам по направлению к темной сердцевине Базы № 13. Долгое время единственным источником света был фонарь, паривший над ними, но вот постепенно где-то вдали стало появляться странное свечение, сочетавшееся с короткими вспышками, как будто где-то мигали огромные глаза. Во мраке что-то шевелилось и покачивалось. Сайленс внимательно следил за этими странными явлениями, но старался не проявлять свой интерес слишком открыто. Неопределенная сущность странных силуэтов сильно озадачила его. Примеры того, что неодушевленный мир может обретать чувствительность и подвижность, подорвали его представления об устройстве Вселенной.

Что касается Кэрриона, то он, похоже, совершенно не проявлял беспокойства. Его невозмутимость отчасти объяснялась тем, что он когда-то был разведчиком. До боли в пальцах стиснув свой дисраптер, Сайленс взглянул на своего спутника. Капитан верил в то, что психоэнергетическая проницаемость Кэрриона поможет им остаться неопознанными, но путешествие прямо в пасть чужому все-таки внушало ему инстинктивный страх. Он сжимал зубы и контролировал каждый свой шаг. Толстые стальные кабели шевелились на полу, словно дремлющие змеи, обвиваясь друг вокруг друга в плавном синусоидальном ритме и источая черную смазку. На вспотевших стенах, словно вены, мерцали серебристые линии, быстро и лихорадочно пульсировавшие. Сайленс снова взглянул на Кэрриона, недовольный его непоколебимым спокойствием.

– Ты уверен, что по-прежнему остаешься невидимым для них?

– Вполне, капитан. Будь иначе, мы уже отправились бы на тот свет. Не надо терять веры, капитан. Мы придем туда!

Сайленс вздохнул.

– Один, ты все еще с нами?

– Да, капитан, – пробормотал искусственный разум ему на ухо. – Аудиосвязь остается устойчивой.

– Дай мне схему помещений третьего уровня.

Перед его глазами появился план, в воздухе засветились линии и условные знаки. Сайленс определил свое местоположение по отношению к центру лежбища чужого и нахмурился. Они были намного ближе к центру, чем он предполагал.

– Один… Ты еще не пересмотрел своего решения не допускать нас на борт катера?

– Нет, капитан. Я имею очень четкие инструкции по соблюдению безопасности. Но я не отказываюсь снабжать вас информацией и оказывать помощь в вашем продвижении.

– Компьютеры Базы не сообщили никакой полезной информации?

– Пока нет, капитан. Но еще осталось несколько зон, закрытых неизвестным мне кодом.

– Хорошо, убери схему. – Светящаяся картина перед глазами Сайленса исчезла. – Оставайся на связи, компьютер. Информируй меня обо всех изменениях ситуации.

– Безусловно, капитан. Сайленс посмотрел на Кэрриона.

– Как я понимаю, ты слышал мои переговоры. Что скажешь?

– Только то, что мы должны двигаться с еще большей осторожностью. Мы почти у цели, и я никогда не поверю, что пришелец оставит центр своей системы незащищенным. Там непременно будут оборонительные системы и ловушки, которые только и ждут, чтобы мы попались.

– Я забыл про твой оптимизм, Кэррион. Ты ведь всегда готовишься к худшему, правда?

– Да, капитан. И обычно оказываюсь прав. Сайленс озабоченно хмыкнул.

– Через несколько минут мы будем в самом сердце системы. Предположим, что мы доберемся туда, невзирая на все преграды тех, кто нас там ждет. Есть ли у тебя какие-то идеи насчет того, как мы будем действовать?

– Пока что нет, капитан. Можно ограничиться несколькими гранатами, подкрепив их, если потребуется, направленным психоэнергетическим залпом. Не исключено, что этого будет достаточно, чтобы развалить все, что нагородил пришелец. Но я не могу ничего сказать наверняка, пока не увижу все своими глазами.

– Разве ты не готовишь речь, в которой заклеймишь мои планы разрушения новой внеземной цивилизации? Я помню, ты был весьма красноречив, когда дело касалось эшрэев.

– Тогда все выглядело по-другому. Эшрэи хотели жить вместе с нами. А эти существа – нет. Модель существования чужого построена на полном преобразовании окружающей среды и жестком контроле за ней. Он так же опасен для этой планеты и эшрэев, как идея Империи.

– Мне не нравится, что ты все время говоришь об эшрэях, как будто они до сих пор живы. Они умерли и исчезли. Я убил их всех. Ты слишком много времени провел в одиночестве, Кэррион.

Кэррион взглянул на капитана с видимым сожалением.