Каково было мое удивление. Еще бы, целых два года я гонялся за ним по всей Зоне, а тут раз, и вот он сидит в баре и ни о чем не догадывается. Почему-то у меня были смешанные чувства. Раньше я думал, что при встрече с ним, я в приступе ярости воткну в него меч или перережу глотку. Но сейчас ярости не было. Я в шаге от мести встал в ступор, не зная, что делать.

Глава 7

С рассветом мы вышли из домов и двинули к центру города. Разумеется, мы шли не вместе. Продвижение было относительно спокойно. Пару раз нам встречались зомби, несколько снорков и небольшая стайка слепышей. Но, не смотря на легкость маршрута, было видно, что бойцы приуныли. Еще бы потерять сразу двух своих. Боевой дух был уже ниже плинтуса, и потому они проморгали движение в доме справа. Зато я его заметил. Это была старая зачуханная двухэтажка. Бойцы ползли вперед, а я, рискуя быть замеченным, ринулся на противоположную сторону, то есть как раз к этому дому. И ворвался в подъезд. Хотя ворвался — это громко сказано. Потому, что сначала я перебежал улицу, скрываясь за всем, что только подвернется. А потом, прежде чем ворваться в дом, я проверил вход на наличие аномалий.

Внутри пахло затхлостью и сыростью, а также экскрементами. Я закрыл глаза, сосчитал до двадцати, и только после этого открыл. Это было нужно для того, чтобы глаза привыкли к полутьме. Теперь в полумраке дома я смог различить лестницу наверх. Я тихонько поднялся на второй этаж и взял ПБ наизготовку. Именно на втором этаже было движение. Я медленно продвигался по коридору, прислушиваясь ко всем подозрительным шорохам. Впереди был провал в стене. Через него можно было сразу попасть во второй подъезд. Я осторожно, без лишнего шума, пролез в него и остановился, прислушиваясь. Какой-то шорох отчетливо прозвучал впереди с левой стороны. Осторожно ступая по доскам, старые доски часто скрипят, я продвинулся на несколько метров вперед и снова затаился. Еле слышный щелчок прозвучал как выстрел, он донесся из-за двери слева. Без сомнения это был человек, потому, что щелчок — это было снятие оружия с предохранителя. Я вошел в приоткрытую дверь.

Никого. Продвинулся к двери в смежную комнату. Оттуда доносилось тихое сопение. Я выглянул из-за двери, и тут же отпрянул. Возле окна сидел человек. В темноте сложно было разглядеть его принадлежность к какому-либо клану. В руках у него была СВУ. Такое оружие в Зоне предпочитал только один клан — "Свобода".

Только этого не хватало. Получается, что, либо мы забрели на их территорию, либо, что они пасут мой отряд. В любом случае снайпер был готов стрелять и теперь медленно, но верно выцеливал кого-то из отряда. Вот он остановил винтовку и приготовился к стрельбе. Больше медлить нельзя. Я выскочил из-за угла, и ударил ногой по винтовке. Грянул выстрел, хотя скорее он просто произошел, поскольку из-за глушителя звука почти не было. Я приставил пистолет к виску снайпера. Тот понял все без лишних разговоров. Он положил винтовку, вытащил пистолет, нож, снял гранаты. И уже открыл, было, рот, чтобы задать вопрос, но я жестом приказал ему молчать. Я бросил взгляд в окно. Бойцы среагировали, к моему удивлению, быстро и слаженно. Они заняли позиции за разными укреплениями и ощетинились стволами во все стороны, выискивая противника. Пуля снайпера ушла в молоко. То есть он промазал.

Теперь можно было и поговорить. Я отвел снайпера в другую комнату. И задал вопрос первым.

— Кто ты? Из какого клана? Зачем напал на военных? Если хочешь жить, отвечай четко, тихо и честно. Даю слово наемника, что не убью тебя, если все расскажешь.

Он минуту помедлил размышляя. И, наконец, ответил.

— Сухарь. Моя кличка Сухарь. Я из "Свободы". Напал, потому что получил приказ сверху.

— Какой приказ?

— Дождаться в Припяти отряда военных и ликвидировать.

— Приказ был от командиров Свободы или от кого-то другого?

— Я не знаю. Честно. Мне его дали командиры клана. Откуда он пришел к ним не мое дело.

— Так, ладно. Теперь ответь. Ты здесь один?

— Да.

— Точно?

Он хотел было ответить, как вдруг снаружи раздались выстрелы. Со стороны военных были слышны трещотки калашей, а из дома, доносились приглушенные выстрелы. Скорее всего, стреляли с LR300. Или другой заграничной винтовки.

— Мы же договорились говорить правду, — сказал я и поднял на него пистолет.

— Не стреляй, — на его лицо постепенно наползала гримаса страха, а голос стал громче.

— Тише, тише. Не кипешись. Твой ответ был не верный. Ты потратил одну жизнь. Осталась последняя, но на этот раз не воображаемая.

— Т-т-тут еще один отряд.

— Сколько человек? Кто командир?

— В-в-выходило 5 чел-л-ловек. К-к-командир — Сивый.

— Уже лучше. Так, теперь говори, зачем вашему командованию нужен этот отряд?

— Н-н-незнаю. Я рядовой боец. Меня не посвящают в т-т-такие вопросы.

— Ладно, я тебе верю. Теперь не сопротивляйся и останешься жить. Понял?

Он отчаянно закивал головой.

— Сейчас сиди и не рыпайся. Я уйду. Досчитаешь до 50 и выходи. Понял?

— Да.

— Я сам скажу, когда начать считать.