Читаем Суконкин Алексей полностью

— Хорошо, — кивнул Колесов. — А где гарантии, что вы этот вопрос решите полностью?

— Поверь моему слову, — сказал Фикса. — Другого у тебя ничего не остается. Или завтра Жиган нам всем четверым отстрелит головы…

Через двадцать минут Колесов передал Фиксе семь тысяч долларов.

— Вот. Только сделайте все так, что бы потом у нас снова не было проблем… — напутствовал Колесов.

Все сели в машину. Лимон завел двигатель и спросил:

— Что, сейчас поедем с Жиганом разбираться?

— Поедем, — усмехнулся Фикса. — Договариваться.

— В смысле? — не понял Лимон.

— В прямом. Сейчас возьмем водки, закуски, закажем сауну. Посидим там, поговорим…

— Так это же, надо же проблему решать… — все еще не понимал ситуацию Лимон.

— Проблемы, — сказал Фикса. — У них, у барыг. У нас, деловых, проблем нет. Мы всегда договориться сможем. Ты видел, как я его чисто на испуг взял… на семь штук бакарей… — Фикса зашелся в смехе. — С чистого места на бабки развел! Главное — жути нагнать, а у них от страха глаза велики. И что самое главное — он и не поймет никогда, что его развели…

— А что Жиган? — не унимался Лимон.

— Сейчас найдем Жигана, посидим с ним, водки попьем. А завтра он своего Гришу на бабки так же разведет.

— Нет, ну кто-то же должен отказаться от своих планов… — не мог успокоиться Лимон. — Кто-то же купит этот рыбный цех, а кто-то не купит…

— Тебя это волнует? Да и в рот компот этот цех! Когда он еще будет прибыль приносить? Года через три-четыре? Так до этого времени еще дожить надо! А тут мы с чистого места бабки отработали!

— Ну, а потом…

— Потом еще что-нибудь придумаем! — Фикса широко улыбнулся во весь свой золотой рот. — А теперь поехали к Жигану водку пить, да баб тралить…

— Поехали… — Лимон тоже улыбнулся. Только зубы были у него свои, а некоторых и вовсе не было…

— Держи, — Фикса протянул Лимону пятьсот баксов. — Твое.

— Спасибо, — Лимон принял деньги с радостью и тут же покосился на оставшийся «пресс».

Фикса, перехватив его взгляд, усмехнулся:

— Это деньги на общие дела. Будем создавать свою кассу, свой «общак».

— Так у нас же в городе есть «общак», — сказал Лимон. — И положенец есть, ответственный…

— Ну и пусть будет, — отозвался Фикса. — Он тебе что, мешает?

— Нет.

— Ну и все…

— Понял, — Лимон улыбнулся.

Жиган колесил по городу в поисках Фиксы пару часов, а потом заехал в шашлычку, которая принадлежала Макару. Заехал так, перекусить, но вдруг увидел там объект своего интереса…

— Вот ты где, гаденыш…

— Не понял? — Фикса подскочил со своего места, опрокидывая салаты, стаканы с соком и водкой…

Жиган широкими шагами направился прямо на Фиксу, и на подходе к нему замахнулся, целясь Фиксе в голову.

Фикса, опытный боец, поднырнул под руку Жигана, когда тот уже наносил свой удар. Рука пролетела над Фиксой и после удачно проведенного захвата с подсечкой, Жиган оказался на полу.

Из шашлычки на выход ринулись посетители, которые очень хорошо знали, что шашлычка принадлежит криминальному лидеру города, а потому в этом заведении можно было находиться только до определенного момента. Все прекрасно поняли, что такой момент наступил…

— Э! Ты что? — Фикса умело прижал Жигана к полу, но тот снизу начал было бить свободной рукой.

Слон, оказавшийся рядом, загородил собой проход, по которому к месту стычки уже бежали два подручных Жигана:

— Стойте пацаны! Все нормально!

Вид здоровенного бандита охладил пыл двух боевиков, которых все знали под кличками Узбек и Таджик, к нациям которых бандиты никакого отношения не имели. Просто их так все называли…

В руках Узбека мелькнул нож.

— Убери, — спокойно предложил Слон. — Убери…

Фикса отпустил Жигана. Оба поднялись с пола. Первый пыл прошел.

— Ты так из-за Павлова? — спросил Фикса. — Было бы за что…

— Ты что себе позволяешь? На нож захотел? — глаза у Жигана горели яростью. — Это мой человек, и я его буду защищать!

— Защищай, сколько тебе влезет, — усмехнулся Фикса. — Но и идею воровскую забывать не надо!

— Это кто? Ты мне это будешь говорить? — вспылил Жиган. — Ты? Да кто ты такой? Сколько ты сидел? Где ты жизни, сопляк, учился?

— Там где законы воровские уважают… — осек Фикса Жигана. — Хоть я и молод, но я хочу спросить тебя, Жиган, вот о чем: скажи нам, братве, ты вор или барыга?

Фикса на мгновение обернулся на Слона и Лимона, обратил внимание и на Узбека с Таджиком. Все с большим вниманием смотрели на разговор двух «авторитетных пацанов», одному из которых лет было около тридцати, а другому к пятидесяти.

— Что ты мне паришь? Ты и сам знаешь! Буду я еще тут перед тобой оправдываться! — а так и казалось, что Жиган оправдывался…

— Ну, так кто? — Фикса уперся и не сходил с финишной прямой.

— Ты и сам знаешь, что я — вор. Что я никогда воровские идеи не предавал. И не тебе решать, где я прав, где виноват! А то, что ты на меня руку поднял, так за это теперь тебе ответ держать!

— Перед кем? — усмехнулся Фикса. — Перед тобой? Или перед ними? — он указал на Узбека и Таджика.

— Перед бродягами честными…

— А ты что, сходку собрался созывать?