Читаем Суконкин Алексей полностью

— Ты что, обиделась? Напрасно! Знаешь, сколько всего мне пережить пришлось, чтобы столько бабок зарабатывать? Всякое у меня было… но это закон больших денег — за все надо платить…

— Понятно… — Людка и сама смахнула слезу.

Леший тем временем направился на другую «подачу»…

Носатый постучался в окно и ему открыли дверь черного хода, которая использовалась в ГОВД только группой УБОП — все-таки спецслужба, как-никак…

— Говори… — кивнул ему Иван.

— Фиксу видел… — сказал Носатый.

— Где? — спросил Иван.

— У Синявки, — с готовностью кивнул Носатый. — Пасется чего-то…

Это могло быть правдой в любой момент времени… а могло и не быть… Синявкой называлась бывшая супруга первого городского положенца, имевшего кликуху «Синяк». Мадам в свое время лихо присела на иглу и в настоящий момент просто вынуждена была продавать «ханку» не наживы ради, а ширяния для… Серый поставлял ей на продажу наркоту, с которой всегда можно было что-то поиметь и для себя…

Майор Кутахов из ОБНОНа использовал Синявку как приманку для наркоманов и время от времени брал «голубчиков» на выходе с «машиной» в кармане и статьей в обозримом будущем. Таким образом, майор выдавал на гора требуемые начальником ГОВД «результаты»… что система требовала, то опер и выдавал…

— Сегодня банкует? — спросил Иван.

— Она завсегда банкует… — успокоил Шилова Носатый. — Вот он у нее и сидит…

— Ладно, поехали…

Юрьев взял наручники, Иван вложил в кобуру пистолет, и втроем они поехали на микроавтобусе к Синявке.

Торговка наркотой жила на первом этаже пятиэтажки на окраине города. Под окнами ее квартиры сидели на лавочке три наркомана.

— Нет у нее наркоты сейчас… — сказал Иван, и кивнул в сторону наркоманов: — Ждут привоза…

— Все равно надо зайти… — сказал Носатый. — Посмотреть…

Увидев микроавтобус УБОПа наркоманы постучали Синявке в окно, и тут же убежали. В окне мелькнула перепуганная женская физиономия.

— Пошли… — Юрьев первый выскочил из машины и бросился в подъезд.

Нельзя было терять ни мгновения. Если Слон у нее, мало ли что у него на уме — может успеть и за «пушку» схватиться…

Шилов саданул в дверь ногой и стволом вперед вошел в квартиру.

— Всем на пол! — крикнул майор. — Стреляю на поражение!

В зале на диване сидела Синявка, умело заложив руки за голову. На полу лежал молодой парень, который тоже старательно держал руки на затылке.

— Где Слон? — крикнул Иван Синявке прямо в ухо.

— Какой Слон? Не знаю никакого Слона…

Это было похоже на правду. Юрьев уже обошел всю квартиру и тронул Ивана за плечо:

— Нет никого…

В коридоре стоял Носатый, и заглядывал на кухню. Иван удивился — агент, который и навел оперов, ни в коем случае не должен был светиться на этой хате сам…

Иван прошел на кухню и открыл холодильник. Там на полках лежала груда использованных шприцов, но наркотиков не было. Скорее всего, Синявка успела все спустить в унитаз.

— Поехали… — махнул рукой Юрьев. — Нечего нам тут ловить…

На выходе из квартиры Иван вдруг столкнулся с Лешим. Тот в начале опешил, хотел было слинять, но Шилов ухватил его за руку и прижал к стене:

— А тебе чего тут надо? — Иван знал Лешего как активного наркомана.

— Я… я… — Леший еще не пришел в себя от столь неожиданного появления оперов…

— Ну!? — Иван легонько дал Лешему в печень, для ускорения мыслительного процесса, который у того и так был не очень быстрым.

— Денег занять… — наконец сказал Леший.

— Пошел вон отсюда! — Шилов толкнул Лешего под зад, направляя его на выход. — Синявка денег не дает…

Леший убежал. Оперативники сели в машину. Иван посмотрел на Носатого:

— И где Слон? Ты же сказал, что видел его здесь…

Носатый демонстративно хлопнул себя ладонью по лбу и заявил:

— Я перепутал! Я же видел его не у Синявки, а у Косого! Вот память! Как я так мог!

— Где он живет? — спросил Иван, хотя и сам это знал.

— На вокзале…

Это был другой конец города. Иван вздохнул — ему начало казаться, что что-то здесь не так…

Юрьев повел машину на вокзал. По пути Носатый все говорил:

— Ну точно! Там он и был! Ну как это я смог так все перепутать? Не понимаю…

Когда подъехали, Иван сказал Носатому:

— Посиди в машине. Ничего здесь руками не трогай, башку сверну… понял?

— Понял, — с готовностью кивнул Носатый.

— Вот и молодец…

Опера вышли из машины. В подъезде дома было темно и сыро. Убийственно пахло ацетоном и человеческими испражнениями. В коридоре пол был лишен нескольких досок, и Вадим чуть было не сломал себе ногу, оступившись в дырку.

— Вот эта дверь… — сказал Иван, указывая на обожженную дверь с прогнившим низом.

— Как будем заходить? — спросил Юрьев. — Постучим, и зайдем как нормальные люди, или вломимся, как обычно?

— Постучим, — сказал Иван. — Как обычно…

Он подошел к двери ближе и постучал. За дверью раздались шаги, и голос Косого спросил:

— Кого?

— Ханки дай… — хрипло сказал Иван.

— Нету, пошел вон…

— Дай…

— Говорю — нету. Завтра приходи…

— Бабло возьми, а то до завтра потеряю…

— А кто там?

— Вася…

— Какой, на хрен, еще Вася?

— Ну Вася, ты что, Косой, не узнаешь? Я же тебе бабок должен. Вот, принес.

— Какой еще Вася? — не унимался Косой.

— Слышь, если сейчас не заберешь деньги, завтра я тебе уже их не отдам…