Читаем Судный день полностью

Хан был в панике. Тщательно разработанный и обильно профинансированный план провалился! Мало того, у Волина откровенно "поехала крыша"! С едва скрываемым ужасом он смотрел на сходящего с ума полковника и понимал, что тот страстно желает умереть. И непременно с размахом, унеся с собой в могилу как можно больше народу.

Юсуп Имранович умирать не собирался, но и воспрепятствовать обезумевшему полковнику не мог. Волин сознательно отобрал для сопровождения груза самых "отмороженных" кретинов - предвидел, что план может провалиться и понадобятся люди, безразличные к смерти.

Предвидеть-то предвидел, а нервишки все равно сдали!

- Ведут, - полковник улыбнулся и сунул рацию в карман пиджака.

Хан мученически закатил глаза. Вместо того чтобы пытаться как-то спастись, Волин тратил драгоценное время на театрализованную бредятину.

Видите ли, его интересует, кто именно из трех парней разгадал его замечательный замысел! Дернул черт этого Радченко проболтаться о них!

И все же Хан надеялся использовать сложившуюся ситуацию в своих интересах. Обезвредив с помощью ожидаемой троицы полковника и его роботов, можно было бы рассчитывать на снисхождение властей и сохранение жизни.

Старшина Агапов вяло двинул бровями, забросил в рот еще одну подушечку жевательной резинки и, медленно жуя, положил руки на свисающий на живот автомат. Ему и другим боевикам было плевать на неминуемую смерть: жизнь давно наскучила и не имела никакой ценности.

Хан окинул взглядом образованный составленными в два яруса контейнерами своеобразный "дворик", задрал голову вверх. Безоблачное небо манило к себе с невероятной силой, и он подумал, как много отдал бы сейчас за нары и крохотное зарешеченное окошко. Потом перевел тусклый взгляд на стоящих в дальнем углу Радченко и Хансена.

У обоих руки были связаны за спиной, да так крепко, что веревки легче было перегрызть, чем развязать. Лейтенант походил сейчас на восковую статую.

Кивком головы Радченко попытался стряхнуть стекающую с рассеченной брови кровь, но ничего не вышло, и он снова уставился в пол одним правым глазом.

"От этих толку не будет", - решил Хан.

Послышались приближающиеся шаги. Двое головорезов ввели через один из двух проходов между контейнерами пока оставленного в живых совершенно потерянного Райсмика, повинуясь кивку полковника, толкнули его к Радченко и Хансену. И тут же четверо других боевиков под дулами автоматов привели держащих руки за головой Стасиса, Игоря и Олега.

- Добро пожаловать, - полковник театрально распростер руки и процедил.

- К стенке их приткните.

Друзей отвели на указанное место, поставили спиной к контейнеру. Двое головорезов остались с ними и направили оружие на оказавшихся крайними Стасиса и Олега, а остальные отошли к Агапову.

Стасис, все еще находясь под впечатлением виденных на корабле трупов, посмотрел на мощное ружье в руках одного из ведших Райсмика квадратноголовых и понял, кто здесь выступает в роли палача - только его пуля могла так изуродовать грудь несчастного Кинделя.

Одетый в ладный костюм плотный мужик в центре "дворика" улыбнулся и представился:

- Полковник Волин. А это моя атомная бомба.

Только теперь Стасис обратил внимание на тускло поблескивающую рядом с полковником трехметровую конструкцию на специальной тележке. Сверху в корпусе была открыта небольшая крышка, скрывавшая под собой пульт с какими-то кнопками и заманчиво сверкающими красными и зелеными светодиодами.

- Неужели вас не интересует, чего я хочу? - с легкой досадой спросил Волин.

Друзья молчали. Стасис, тем временем, насчитал во "дворике" восемь боевиков и пришел к выводу, что тягаться с такой силой будет крайне затруднительно. Еще человек пять на верхней палубе следили за войсками.

Держащий под прицелом Олега лысый, жилистый коротышка чуть скосил взгляд, свободной рукой полез в нагрудный карман своей лиловой рубашки.

- Отставить! - прикрикнул полковник. - Смотреть в оба! Если верить нашему другу Юсупу Имрановичу, от этих парней можно ожидать больших неприятностей.

- Мне че-то не верится, - чавкая, признался Агапов. - Этот, в центре... еще ниче, потягается. Тот, шо справа, - он поднял палец лежащей на автомате руки и направил на Стасиса, - хиловат. А длинный вааще...

- Слушайте, граф, - Олег посмотрел на стоящего далеко за Волиным бледного Хана. - Изобразите-ка по старой дружбе на лбу этого теоретика мелом крестик. Я потом возьму его за ориентир.

Агапов неприятно осклабился, чавкающим хмыканьем подчеркнул свое презрение к словоохотливому пленнику и перевел взгляд на командира.

Узнав Дариева, Стасис усмехнулся и крикнул понурому Радченко:

- Я же говорил: Хан не из тех, кто помирает в самый интересный момент!

- и взглянул на полковника. - А кого вы в "Кадиллак" усадили?

Волин безразлично пожал плечами:

- При чем тут "Кадиллак"?.. - глаза его вдруг расширились. - Так это ты раскусил мой план?

Стасис промолчал.