Читаем Судный день полностью

- Умирать молодым я не собираюсь. Да и ныкаться всю жизнь не испытываю ни малейшего желания.

Все! Розовую мечту Инги бессовестно растоптали! Более того, теперь получалось, что она совершенно напрасно рискнула жизнью не только своей, но и Стасиса, и его друзей! Вспомнив о перестрелке в пассажирском порту, об убитых полицейских и распластанной на асфальте женщине, Инга только теперь поняла, что именно она во всем этом виновата... А скольким еще людям предстоят сегодня умереть? Ей стало до слез обидно и стыдно.

- Что будем делать? - всхлипнув, спросила она.

Стасис вздохнул, ободряюще погладил ее по руке.

- Попробуем отсидеться. Долго это не продлится...

- Вообще-то, "бабка надвое сказала", - хмыкнул Игорь. - Ты обратил внимание, сколько у Хана этих "шкафов" в костюмах?

- Ну.

- И порт они взяли ой как крепко!

- Верно, верно, - согласился Стасис. - Но против них выдвинут армию...

- Тоже мне сила! - прыснул Олег. - Видел я их учения, да и разговаривал с отслужившими мужиками. Таких воинов будут щелкать, как орешки.

- И не забывай, - добавил Игорь, - что люди Хана - сторона обороняющаяся, да еще в условиях города. Соотношение потерь в таком бою может составить один к тридцати в пользу обороняющихся.

- Если все это затянется надолго, нас наверняка найдут, - обеспокоился Стасис. - Значит, надо как-то прорываться.

Он немного поразмыслил и оживился:

- Я кое-что придумал!

- Путное? - недоверчиво поинтересовался Игорь.

- Надо Радченко позвонить...

- Во-во! - энергично кивнул Олег. - И племяннику моему: у него шикарная рогатка!

Стасис и Игорь одарили остряка испепеляющими взглядами.

- Ладно, - пожал тот плечами, - обойдемся без рогатки.

***

Как только полиция перекрыла начало улиц Петроолеуми и Нафта, лишенное важной отдушины Нарвское шоссе от площади Виру и до перекрестка с Поска превратилось в сплошную пробку. Хуже того, заслышав взрывы и видя нервозность полицейских, к Туукри хлынула лавина зевак. Пришлось всеми имеющимися силами оттеснить толпу к Нарвскому шоссе...

Воевать с захватчиками порта до прихода армии было некому.

Обычно оживленная улица Туукри теперь смотрелась очень странно. Из конца в конец не было ни единого человека, ни одной движущейся машины.

Алаталу, Радченко и Райсмик сидели в автомобиле, припаркованном у Клуба моряков, и нервно поглядывали во все стороны.

А армии все еще не было.

- Где эти вояки? - вскипел Райсмик, распахнул дверь машины и вытянул ноги на тротуар. - Или они способны делать марш-броски исключительно за новыми ассигнованиями?

В отличие от раскрасневшегося напарника, Радченко был бледен и молчалив. Алаталу каждые две-три минуты названивал в армейские инстанции, и всякий раз ему вежливо отвечали, что подразделения одеты, обуты, вооружены, усажены в машины и даже отправлены в Садама.

- Ну, где они? - стонал Алаталу.

- В пути. Вот-вот прибудут.

Радченко, наконец, подал голос:

- Наверняка в заторы угодили. Движение почти по всем примыкающим к району улицам, практически, замерло.

- Значит, если это война, то мы ее можем проиграть из-за автомобильных пробок? - ужаснулся Райсмик.

- Не передергивай, - Алаталу укоризненно покачал головой. - К счастью, на начало войны это не похоже... - он сухо прокашлялся. - Но за армию мне уже стыдно.

- Интересно, чем заняты сейчас "подопечные" твоего наблюдателя? задумался Радченко.

Алаталу хлопнул себя по лбу, достал из кармана пиджака рацию, и как только включил ее, раздался возмущенный крик Треста:

- ... кто-нибудь! Куда вы подевались?

- Мы на месте. Извини, некоторое время было не до тебя. Что там видно?

- Наконец-то! - с ощутимым облегчением выдохнул Трост. - А я уж думал: позабыт-позаброшен... Докладываю: минут пятнадцать назад в занятую неизвестными квартиру было вторжение, по меньшей мере, троих вооруженных человек. Лица разглядеть я не успел - слишком быстро их перестреляли. Но то, что это люди Кульднока или Олежика - несомненно.

- Впервые в жизни сожалею, что верх одержали не уголовники! - горько усмехнулся Райсмик.

Алаталу задумчиво глянул на него, хотел было что-то сказать, но Трост его опередил:

- А почему такая тишина? Вы собираетесь что-нибудь предпринимать?

- Как ведут себя наблюдаемые? - спросил Алаталу.

- Сейчас хорошо себя ведут. Поглядывают в окна в ожидании прихода сердитых дядей... Кстати, о дядях: где же военные?

- В пути, - вздохнул Алаталу, поправил очки на носу. - Ладно, продолжай наблюдение. Я буду выходить на связь с тобой по мере необходимости. Все.

Он сунул рацию обратно в карман, набрал номер на сотовом телефоне:

- Миша, как у вас дела?

- А никак! - Михаил Григорьев, один из полицейских, задействованных в районе улицы Садама, был немного на взводе. - Мы их не трогаем, и они нас тоже... Вам какие-нибудь требования выдвигали?

- Пока нет...

- И нам. Думаю, и не собираются... О! Вот и войска прибыли. Извини, Юло, меня зовут...

Алаталу отложил телефон за приборную панель, энергично покрутил плечами, разминая спину, и, глядя на Райсмика, сообщил:

- Сейчас армия пожалует.

- Слышал, - кивнул тот.

- А чего не радуешься? - отрешенно спросил Радченко.