Читаем Судьба избранных (СИ) полностью

В следующую минуту все исчезло. Голова трещала, шея зудела. Хейден открыл глаза и обнаружил, что валяется на полу, видимо веревка не выдержала и порвалась. Юноша снял петлю и улыбнулся, к нему вернулись чувства и смысл бытия. Жизнь заиграла новыми красками. Хейден сел в позу лотоса и начал медитировать. Он чувствовал, что именно так отыщет блудного сына. Он встал полный энтузиазма и бодрости духа. Он вышел на улицу, и печаль овладела им. Было холодно, хотя весна должна уже давно вступить в свои права, мерзко и противно до дрожи. Все живое еле-еле волочило свое существование. Кое-где виднелась желтоватая пожухшая трава. Листья на деревьях были маленькие и точно такого же вида. Пришел полдень, а на улице распростерлась почти кромешная тьма. В воздухе стоял запах сырости и гнили. Хейден ускорил шаг и остановился только возле родного водопада, который обмелел и загрязнился. Юноша вздохнул полной грудью и прошел сквозь струи журчащей воды. Он замедлил шаги возле их старого дома, воспоминания завладели им. Жилье обросло лишайниками и мхом. Хейден, стараясь не шуметь, вошел внутрь. Гостиную освещала старая лампа. Деймон, который сидел на диване, резко вскочил и недоуменно спросил:

— Что ты тут делаешь? Как ты догадался искать меня здесь?

— Я пришел, чтобы вернуть сына домой.

— У меня нет дома. Здесь я чужой.

Хейден подошел к парнишке, нежно посмотрел ему в глаза и сказал:

— Деймон, ты так и не понял… Твой дом там, где тебя любят.

— Любишь! — закричал подросток. — Сейчас посмотрим, как ты любишь!

Он вытянул руку вперед и сжал кулак. Хейден упал на колени, его лицо исказилось. Он прижал кулаки к груди и пролепетал сквозь невыносимую боль:

— Никакие страдания не изменят мое к тебе отношение. Ты мой сын, и я люблю тебя и с радостью отдам за тебя свою жизнь.

Деймон присел около обретенного отца, положил ему руку на плечо и злорадно спросил:

— Все еще любишь?

Хейден забился в конвульсиях, изо рта пошла пена, вены на лице вздулись, глаза вышли из орбит.

— Люб… люблю… — еле слышно выдавил из себя он.

— Ты можешь уйти отсюда живым и здоровым, если оставишь все свои попытки доказать мне, что твоя любовь существует. Вы люди такие странные: думаете всегда только о себе, легко переживаете смерть близкого и расставания, с тем, без кого якобы не желаете жить и называете это любовью.

— Я скорее умру, чем снова покину тебя.

— Ждать осталось недолго!

— Мой мальчик, главное не позволь им убить тебя. Ты все, что у меня есть. Ты моя жизнь, моя гордость и моя любовь.

Деймон злостно накинулся на Хейдена, яростно вцепился ему в шею и начал душить.

— Любовь всей твоей жизни! — кричал он. — Любовь всей твоей жизни!

Лицо парнишки кипело от ненависти и бешенства. Его злил сам факт того, что кто-то может любить его вопреки всему и видеть в нем только хорошее, когда в нем только плохое. Он испепелил своего отца в порошок и только когда заметил пепел на полу, к нему вернулось спокойствие. Он посмотрел на свои пепельные руки, потом его взор скользнул на пол, где подхваченный легким дуновением ветра кружился прах Хейдена. Он был единственным человеком в этом чужом для парнишки мире, который любил его. Он стойко и до последнего вздоха отстаивал свое отношение к Деймону, называемое любовью. Он выиграл право быть отцом и самым близким человеком. Не отомстить за него — значило бы осквернить его память. Хейден доказал истину смертью, и теперь она принадлежала и строптивому подростку. Деймон сжал кулаки и свирепо пошел вершить суд над захватчиками. Он пришел на тот же холм, где почти три года назад он открыл портал для зла. Парнишка снова распростер руки к небу. И загрохотал гром и засверкала молния, разгневался ветер и захлестал дождь. И также засиял портал, но в этот раз из него вышли добрые духи во главе с Джеком. А враги кучей скопились возле Деймона. Добрые души проникли в тела людей и выволокли захватчиков из них. Тела безжизненно попадали. Призраки потащили своих пленников назад в портал. Зло сопротивлялось и издавало мерзкие звуки, но было повержено и отправлено туда, где ему самое место. Деймон щелкнул пальцами, и все вернулось на круги своя: души людей в свои тела, солнце заняло свое привычное место на небосклоне, трава и зелень на деревьях приобрела характерный вид в весеннюю пору года, тьма уступила свету все время, кроме положенного ночного, народ пришел в себя.

А тем временем Джек наблюдал за Кейт, которая играла с их сыном. Он хотел показаться ей на глаза, попрощаться с ней, но не знал, правильно ли так поступить. Она была такой счастливой. Надо подарить ей минутку радости, пока она не знает о смерти Хейдена. Джек прикоснулся к губам девушки так, что она ощутила лишь дуновение теплого весеннего ветра и прошептал ей на ухо:

— Я буду ждать тебя по ту сторону заката. Я люблю вас!

Молодой человек обнял на прощание Кетрин и их сына. Через мгновение он исчез. Кейт оглянулась по сторонам. Ее сердце почувствовало то, что не могли увидеть глаза.

— Я всегда буду любить тебя, — сквозь слезы улыбнулась она.