Читаем Судьба демона полностью

Колени Каспиана дрожали. Он упал бы, если бы Бригида не поймала его и не отвела к стулу. Он сжал голову руками.

Папе оставалось жить неделю.

ГЛАВА 6

Несмотря на протесты Бригиды, мама почти утащила ее из поместья. Они прошли по заснеженным полям, оставляя глубокие следы в свежих сугробах. Хватка мамы на ее предплечье не ослабла ни на миг. Она не видела поражение на лице Каспиана? Он был раздавлен. Она хотела обнять его, утешить так, как всегда делали мама и мамуся, когда она грустила.

Она пообещала маме, но это не значило, что она не могла попробовать переубедить ее.

— Мама, прошу, позволь остаться с ним. Ему больно, и у него никого нет.

— В деревне сейчас опасно, — выдавила мама, глядя на дом, который они проходили. — Ты не видела, как они на нас смотрели?

Видела. Может, ей стоило упомянуть подношение у огня. Обломок соломинки оставался в ее платье, судьба все еще была не решенной. Он должен был сгореть, если бы она согласилась с волей Велеса. Но так она доказала бы деревне, что из-за нее упал лорд Рубина, и тень невезения прилипла к их лорду и его семье.

— Что-то случилось на Коляду, да? — тихо спросила мама, не глядя ей в глаза.

Она вырвалась из хватки мамы, когда они вошли в дубовую рощу. Она должна была рассказать правду, но тогда ее не выпустят с земель ведьм, из дома. Она больше не увидит Каспиана. Она так не могла.

— Лорд Рубина упал, как я и рассказала.

Горечь лжи окутала ее язык, мама шагала быстро, игнорируя привычную тропу. Она оглянулась на Бригиду. Когда врать маме стало так просто? Пару месяцев назад их связь была сильной, и она могла соврать лишь насчет того, что смотрела на жителей деревни или дремала вместо дневных дел. Но теперь? Расстояние между ними росло, и ей это не нравилось, но она не могла это остановить.

Они пришли домой, Галина была снаружи, ее лошадь уже была с седлом, трясла хвостом.

— Я надеялась увидеть тебя перед тем, как уеду, — серьезно сказала она маме, которая подошла к ней. Они тихо говорили.

Бригида юркнула в дом, где мамуся напевала, пока толкла травы в ступке. Ее глаза засияли в приветствии, но она не остановила работу.

Мама и мамуся отвлеклись, и было идеальное время узнать, что делать с подношением. Бригида схватила гримуар, отнесла его в кровать, вытащила из тайника обломок соломинки.

Она как-то читала в гримуаре, что у смерти было много значений. Она могла быть концом жизни, а могла быть концом другого, какой-то части жизни, например, ее времени в деревне. Она листала страницы, искала контрзаклятие. Если символ означал то, что она думала, он предсказывал конец ее времени среди жителей деревни. И с Каспианом.

Нет, эти последние несколько недель с Каспианом и Стефаном были самыми счастливыми в ее жизни. Не бросив соломинку в костер, она, возможно, отогнала такую судьбу. Но деревня теперь плохо относилась к ней, к ее матерям. Мама была права — было опасно, и она не хотела, чтобы кто-то пострадал, они или жители деревни. Бригиде нужно было думать о защите.

Должен быть способ успокоить их, вернуться к тому, как было до Коляды. Некоторые жители деревни были насторожены до этого, но теперь они боялись.

Она отыскала в гримуаре первый подходящий абзац. Он был коротким, описывал, как нежелательную судьбу можно было изменить контрзаклятием и подношением. Ей нужны были особые ингредиенты. И место поклонения, Рот Велеса, глубокий овраг. Один вариант пришел в голову, но он был далеко от дома. Добраться туда без ведома мамы будет сложно, и она нарушит обещание.

Но это нужно было сделать. Может, так она изменит свою судьбу. Бригида закрыла книгу, пошла в главную комнату дома. Мамуся закончила толочь, а теперь вязала в углу, Бригида спокойно прошла к маминому запасу травы.

— Что-то нужно? — спросила мамуся.

Мама и Галина все еще говорили снаружи. Судя по тревоге в голосе Галины, что-то было плохо. Может, это отвлечет маму надолго.

— Что-нибудь от головной боли, — сказала Бригида и схватила нужную склянку трав.

— Ты принимаешь пустырник от головной боли? — спросила переливчатым голосом мамуся.

Ее ладонь застыла у склянки.

— Глупая я, — она взяла лист фиалки душистой.

Мамуся встала и подошла к ней у трав, а потом взяла склянку пустырника.

— Это используется для контрзаклятий. Что ты пытаешься предотвратить?

Ее сердце подпрыгнуло. Мамуся подозревала?

Мамуся взяла кровохлебку, золототысячник — склянки, которые нужны были Бригиде для контрзаклятия — и опустила их в сумку, которую вручила Бригиде, подмигнув.

— Похоже, у нас кончилась кора вяза. Можешь собрать для меня? — бодро спросила мамуся.

Это же не… или могло быть? Мамуся помогала ей. Она не сбегала, если мамуся дала ей поручение, да?

— Мама не будет злиться? — спросила Бригида, приподняв бровь. Она не должна была возражать, но не хотела оказаться меж двух матерей.

Мамуся опустила ладони на ее плечи.