Читаем Судьба полностью

— Если тебе так не хочется, я не заставляю тебя.

Данте приподнял бровь. Затем взмахнул мечом, рассекая воздух, и ловким привычным жестом отправил смертоносную сталь в ножны.

— Намечается вечеринка, а ты хочешь пойти на нее без меня?

— Ты только что говорил, что тебе эта идея не нравится.

— Она мне и не нравится.

Я виновато пожал плечами, мне действительно было немного некомфортно от всего этого.

— Н-да, я понимаю что она… мягко говоря, плохая.

— Плохая.

— И это безумный план.

— Безумный.

— И безнадежный.

— Безнадежный.

— Но, — надежда в моей душе напоминала зарево проснувшегося вулкана, — ты со мной?

Данте широко улыбнулся.

— Разумеется.

— Четыре пистолета, четыре руки, четыре ноги и один меч, против нескольких десятков врагов. — Я не знаю, как давно Лея наблюдала за нами, но на губах ее играла улыбка. — Ребята, вы настоящие психи.

— Я тут не причем, — Данте махнул в мою сторону выходя из оружейной, — его ругай.

Я вышел вслед за ним и оказался недалеко от Леи. Данте глянул на нас, состроил хитрую мину и поспешил ретироваться. Лея подошла ко мне, поправила и без того ровно лежащий воротник, затем подтянула рукав и я взял ее за руку.

— Все будет хорошо. — Я попытался сказать это спокойно и мне это удавалось. — Не волнуйся, Сестренка.

— Не волнуйся. — Повторила она с грустным смешком. — Легко сказать. — Она глубоко вдохнула. — Почти каждый день я вижу подтверждение своих слов и мыслей, но почему все это обязательно должно быть сопряжено с риском для тебя? Неужели нельзя по-другому?

— Наверное нельзя. — Я улыбнулся, мне вдруг вспомнились слова Данте. — Может быть, это моя судьба?

— Может быть. — Тихо проговорила она, поглаживая пальцами мои руки. — Будь осторожен и постарайся приглядеть за Данте. Все-таки вам вчера здорово досталось.

— У меня фигня, он-то как? — Я вдруг сообразил, что не подумал о его травмах. Впрочем, я не видел на Данте бинтов.

— Снял повязки, негодяй, — вот и подтверждение, — раны не глубокие, но мало ли. — Лея все сильней и сильнее теребила мои руки. — Почему ты? Почему не Танк? — Неожиданно громко и горячо спросила она.

Этот вопрос мне уже задавали. Это было первое и единственное что сказал мне Танк. Я хотел было ответить Лее, но… как сказать человеку, который ТАК на тебя смотрит, что ты принимаешь это решение, потому что понимаешь, что скорее всего не вернешься. Если останешься тут, погибнут все. Пойдешь — есть небольшой шанс увести врага от пещеры и еще меньший шанс вернуться живым. Зато с Танком у ребят будет намного больше шансов продержаться, да что там — выжить.

— Потому что, — мне хотелось сказать это Лее прямо в глаза, но я не смог выдержать ее взгляда, — потому что так надо.

Лея сжала губы и закивала. У нее вырвался тяжелый вздох, она отстранилась от меня, затем повернулась и вдохнула, словно собиралась что-то сказать, но не стала. Опять отвернулась, вытерла глаза и попыталась улыбнуться.

— Ладно, — проговорила Лея с нервной дрожью в голосе, — перед смертью не надышишься. Пойдем.

Танк, Хантер, Рика и Катя ждали нас у затопленного тоннеля. Над его аркой висел старый керосиновый фонарь, покачивающийся из стороны в сторону, отчего тени собравшихся причудливо скакали по темным стенам. Когда мы с Леей вошли, Данте уже был по колено в воде, а Рика было дернулась в мою сторону, но ее перехватил Танк. Лея все поняла без слов. Она присоединилась к остальным, а Танк поравнялся со мной, взял меня под руку и принудил немного вернуться назад.

— Я не стал спорить с тобой. — Заговорил он, когда мы отошли на несколько шагов, и он убедился, что нас не слышат. — Я не стал ругаться, доказывать что-то. Но, Слейвин, это же самоубийство.

— Я знаю. — Он удивленно уставился на меня. — Танк, к чему этот заезженный текст? Ты прекрасно понимаешь, что вариантов нет. Все мы не уйдем и здесь прятаться смысла нет. Мы попытаемся увести их как можно дальше, а вы, если что, сможете свалить вглубь леса. Но я надеюсь, что это не потребуется. — Я действительно был спокоен и уверен в своей затее. Даже попытался улыбнуться Танку. — Кто знает, может мы еще и вернемся?

Танк молчал. Я видел как в нем боролась его военная сущность, давно ставшая доминирующей, с человеческой, которая стала проявляться в последнее время, в общении с нами, юными сопляками. Он хмуро смотрел то на меня, то в пол, то на стены, шумно дышал и перебирал пальцами воздух.

— Танк, — негромко проговорил я, — время поджимает. Каждая секунда дорога.

— Да, да, — он озабоченно закивал головой, — да… Гранаты взяли?

— Да, — я похлопал рукой по поясу, — по четыре штуки на человека… Этого хватит! — Мне пришлось немного надавить, ведь он уже открыл рот, чтобы спорить. — Танк, их мало, вам они нужнее.

— Черт бы тебя побрал, мелкий засранец!

— Все будет хорошо. — Спокойно проговорил я.

— Вернешься, будешь неделю сортиры чистить. — Проворчал он и протянул руку.