Читаем Суд Рейнмена полностью

– Вам повезло, что вы живы остались! – буркнул Антон, убирая удостоверение. – Он профессио-нал, даже не один из миллиона, а единственный. У него реакции мгновенные, он мог вас обоих на месте положить, когда вы за своими волынами полезли!

Один из ментов, совсем ещё мальчишка, с каким-то детским лицом, посмотрел на Антона с испугом и растерянностью. Наверное, он не мог поверить, что только что был на волосок от смерти и испугался этого только сейчас.

– Это серийный убийца, – продолжал Антон, – который убивает всех, кто грубо нарушает поря-док. Как правило, он не допускает случайных жертв… Но кто знает, как бы он себя повёл, если бы его загнали в угол. Он уже на Горького одного крикуна завалил, вот и драпал.

С места убийства Антон позвонил Иветте на мобильный телефон, вытащив её из-под душа, и рас-сказал, что столкнулся с «человеком дождя» лицом к лицу.

– Свидетели не ошибались, – заключил он, – это какая-то ракета, а не человек. Ему понадобилось всего две или три секунды, чтобы сигануть на мою машину, с неё – на спину тому мальчишке, пырнуть его и драпануть к мосту.

– Ты говоришь, он упал после выстрела? – спросила Иветта. – Вполне может быть, что он ранен. На всякий случай надо будет проверить все больницы, поликлиники и частные медицинские центры, и ещё – подпольные кабинеты, где штопают пулевые и ножевые раны за вознаграждение и не задают па-циентам лишних вопросов. Конечно, едва ли он обратится к врачу, но на всякий случай…

– Так и сделаю, Ветка!

– А тот потерпевший, что о нём известно?

– Потерпевший? М-м-м… пока о нём я знаю только, что его звали Фёдор Винтов и он отмечал с од-ноклассниками Последний Звонок. Как и все жертвы, он умер мгновенно: проникающее ранение аорты. Более подробные данные вы получите завтра. Сообщи Соболевской!

Прошла головная боль, выгнавшая его на улицу накануне вечером, зато теперь каждый вздох при-чиняет боль. Эта боль – напоминание о досадном промахе, который он допустил, убегая от Антона Пла-това. Двое салаг из ДПС пытались задержать его; он вмазал им, одного почти отключил, зато второй по-лучил смазанный удар и проявил удивительную для уличного милиционера расторопность, выстрелил и попал. К счастью, он вовремя заметил пистолет и, хоть и с опозданием, но успел сделать неуловимый для неопытного глаза нырок в сторону и поставить блокировку. Но момент был упущен, и пуля всё-таки дос-тала его. Теперь на левом боку у него осталась глубокая царапина, настоящая борозда, и, похоже, одно ребро сломано; об него ударилась пуля.

Так ему и надо. Он должен просекать всё вокруг себя и не зазёвываться, а он не принял в расчет од-ного из противников и достойно схлопотал за это. Нельзя расхолаживаться на тренировках. Нельзя терять навыки. Надо усилить тренировки. Пока он ещё не достиг идеала, к которому стремится. И ещё.

Надо. Было. Всё. Же. Надевать. Бронежилет.

Что ж, это был хороший урок. А он – хороший ученик. Больше он не повторит ошибки.

Боль в боку не ослабевает, но ребро срастётся быстро, и царапина от пули заживёт. Ведь он не толь-ко наращивает свою мускульную силу и быстроту реакций, он ещё и принимает специальные пищевые добавки, кроме всего прочего усиливающие регенерацию клеток. Теперь все синяки, порезы и царапины у него заживают быстрее, чем у других людей. И скоро он снова будет в форме. Пусть не радуется улич-ная шваль со своими прыщами, сальными лохмами и крашеными девицами. Он вернётся, и скоро. Это отсрочка, а не отступление.

А Антон Платов… Что ж, Тоха оправдывает доверие начальника, поручившего ему это расследова-ние. Во всяком случае, вчера он реагировал великолепно. «Надо же было мне прыгнуть именно на его тачку! Надо же, в темноте не узнал Антошкину «Волжанку»! Честное слово, я бы посмеялся над таким удивительным совпадением, но от смеха у меня снова заболит сломанное ребро!»

Да, но вчера Антон чуть не нагнал его. А лучше будет, если Платов так и не сможет за ним угнаться. Лучше для них обоих, и в первую очередь – для Антона – если его так и не раскроют.

Как болит левый бок! Кто бы мог подумать, что одно-единственное сломанное ребро может так бо-леть! Прошло уже много времени, и он успел забыть, как болят сломанные рёбра. Но к счастью, эту боль легко устранить одной таблеткой «Солпадеина». Хуже, когда просыпается ДРУГАЯ боль, которая посе-лилась в нём после ТОГО дождливого вечера. Вот от неё «Солпадеин» не помогает, единственное лекар-ство – дать волю своей ненависти.