Читаем Ступа с навигатором полностью

– Всякое случается, – меланхолично ответил Василий, – разные люди пытались всевозможными путями завязать дружбу с Валерием Николаевичем. Возможно, Софья одна из них, или ее наняли для того, чтобы войти в семью, стать своей и начать продавать информацию тому, кто срежиссировал спектакль.

Не успели мы все сесть за ужин, как загудел домофон.

– Кто к нам пришел навеки поселиться? – засмеялся Маневин.

Нина поспешила в прихожую, быстро вернулась и сообщила:

– Приехала моя клиентка.

– Кто? – удивилась я.

– Моя клиентка! – гордо повторил Гарик. – За заказом примчалась. Немедленно впустите.

– Ты дал наш адрес человеку, который решил приобрести выпечку? – уточнила Марина.

– Десерты холодные, – объявил подкидыш, – все, что вынуто из духовки, отрава.

– Не хочу реагировать на чушь, – отмахнулась Марина, – я тоже делаю на заказ кондитерские изделия. Но даже в страшном сне не привидится раздавать кому попало адрес дома, где живет наша семья.

– И как торговать? – начал злиться Гарик.

– Договориться о встрече в городе, передать заказ. Снять помещение под офис, выдавать там, но не звать в дом, – отчеканила Марина.

– Она приличная женщина, – возмутился парень.

– Ты это по телефону понял? – прищурился Дегтярев.

– Да, а что? – заморгал подкидыш. – Я хороший психолог, по голосу разбираю, какой человек.

Александр Михайлович нахмурился:

– Раз уж женщина приехала, то неудобно ее с пустыми руками назад отправлять. Вручи ей заказ в прихожей и более не тиражируй наш адрес.

Гарик встал и, всем своим видом демонстрируя недовольство, удалился.

– Он мне надоел, – признался полковник.

Марина кивнула.

– Уж извините, понимаю, что юноша родственник Феликса, но общаться с Игорем сложно.

– Давайте вернем дорогой подарок тому, кто его нам преподнес, – неожиданно предложил муж, – не может же лоботряс всю жизнь висеть на наших шеях!

Из кухни высунулась Нина:

– Поддерживаю и одобряю. Он вчера готовил свой жуткий ужас, заляпал всю кухню чем-то синим. С трудом отмыла.

– Сама ему не рада, – призналась я, – но куда деться сыну Зои Игнатьевны?

– Вернуться к маме, – хором ответили все.

– Так не поедет, – вздохнула я, – или помчится к Глории, а мне ее очень жаль.

– Кто сейчас живет в твоей московской квартире? – спросил Дегтярев, глядя на меня.

– Она пустует, – сообщила я и обрадовалась: – Гениальная идея! Надо его туда отвезти, но как?

– Замечательная мысль, – закивал Феликс, – пусть там живет, готовит, продает свою стряпню. Квартира небольшая, но она в хорошем районе. Согласен оплачивать господину кондитеру коммуналку.

– И как его убедить там поселиться? – повторила я свой вопрос.

– Непростая задача, – вздохнул Дегтярев.

– Усыпить! – объявила Марина.

– И закопать у забора, – подсказала из кухни Нина.

Я не поверила своим ушам. Наша домработница тихая, скромная, интеллигентная, стеснительная женщина. Нинуша готова помочь всем, она очень добрая. И вдруг – закопать у забора? Гарик даже Ниночку вывел из себя!

– Когда сказала усыпить, имела в виду подсыпать ему в еду снотворное, – начала объяснять жена полковника, – а когда парень заснет, увезти его по нужному адресу, оставить там, положить у кровати записку: «Теперь живешь здесь. Дарим десять тысяч на первое время. Далее зарабатывай самостоятельно, к нам не обращайся, ничем помочь не сможем. Оплату коммунальных услуг берем на себя».

– Отличный текст, – похвалил супругу полковник, – но с какой стати нам тратить деньги на хоромы, где обитает бездельник? Пусть скажет спасибо, что ни копейки не платит за аренду апартаментов!

– Гарик и не подумает о счетах, а владелица трешки Даша. На нее подадут в суд за неуплату, – объяснил Феликс, – не по своей доброте душевной я такое предложил, из простого расчета.

– Так! – зашипел Дегтярев. – Пока этого фрукта нет, давайте устроим голосование. Кто за то, чтобы отправить гражданское лицо, ведущее паразитирующий образ жизни, если коротко, тунеядца в старую квартиру Дарьи?

Все подняли руки.

– Принято единогласно, – подвел итог Александр Михайлович, – Нина!

– Тоже за, – сообщила домработница, выглядывая из кухни.

– Итоги голосования подведены, приступаем к выполнению задания. Сначала составим план депортации, – начал толстяк, – необходима бумага, ручка! Дарья!

– У меня ничего такого нет, – быстро ответила я и, предвидя, что услышу дальше, прибавила: – Феликс пишет на компьютере.

– Дожили, – возмутился полковник, – даже ручки в этом вертепе отсутствуют. Вот все надо самому делать. Сидите тихо, ничего не предпринимайте, сейчас вернусь.

Александр Михайлович ушел, я посмотрела на мужа. Тот понял жену без слов и быстро заговорил:

– Люблю, уважаю Сашу, но если он лично возьмется за дело вышвыривания Гарика, по-интеллигентному, депортация, то мы до следующей зимы от бездельника не избавимся.

Из кухни выплыла Нина, в руках у нее имелся поднос с чайником и чашками.

– Ни в коем случае не пробуйте напиток, – предупредила она, – в нем снотворное. Гарик сделает несколько глотков, и нет его с нами часов десять.

– Помогите, – раздалось из холла, – спасите!

Потом послышался топот и голос Гектора.