Читаем Стук мертвеца полностью

– Я не могу спать, – сказала Джудит. С излишней торопливостью она высвободила свои пальцы из руки Марка и швырнула сумочку на переднее сиденье машины. – Дан вставал очень рано, порой даже в пять часов; и я постепенно привыкла к такому режиму. А теперь я вообще не могу спать. Когда я сегодня рано утром решила проехаться – еще не рассеялся туман и все такое, – я увидела, что дверь этого коттеджа открыта и внутри горит свет. Я подумала: не случилось ли там чего? Но я так толком ничего и не поняла, пока не наткнулась на вас. Всюду горит свет, и Сэм Кент говорит по телефону. Марк! Ты не возражаешь, если я поговорю о ней?

– Ты уверена, что тебе это надо?

– Да, да, да! – Улыбка изогнула ярко накрашенные губы Джудит. Хотя она продолжала рассеянно водить рукой по поясу, словно что-то потеряла, ее затуманенные голубые глаза были полны настороженности и тревоги. – Порой это самое лучшее, Марк. Лучше выговориться. Если мы не в состоянии сказать правду в таком взвинченном состоянии и в соответствующем настроении, то мы уж никогда не произнесем ее. – Джудит резко махнула рукой и отрывисто бросила: – Ведь я не говорила, почему я ненавидела ее?

– Это не мое дело.

– Как ты добропорядочен, Марк! Добрая старая Новая Англия. А ведь теперь, когда она мертва, это станет всеобщим достоянием. Я хочу сказать тебе кое-что, о чем никогда тебе не говорила.

В поисках Тоби Джудит быстро глянула в сторону бунгало. Но доктор Кент, который опять теребил телефон, позвал его в маленькую гостиную, чтобы посоветоваться. Фигуры обоих были видны в окне.

Наступило ясное безоблачное утро, и уже усиливалась жара; трава отливала изумрудно-зеленым блеском, а под кронами темнели густые тени. От грунтовой дорожки, что тянулась до шоссе, шел запах земли. Марк и Джудит уединились в тени деревьев, рядом с фонарем.

– Когда Дан скончался, – сказала Джудит, – я была очень одинока. Затем она, – Джудит кивнула на старые стены дома, выкрашенные кокетливой розовой краской, – она обосновалась тут. При желании она могла быть очень приятной и на удивление много читала. Я многое почерпнула от нее, пока не поняла, что она собой представляет.

– То есть?…

– Я обозвала ее шлюхой. Это ужасно плохое слово. Но я хотела сказать, что она была неразборчива в своих связях. Это чистая правда. – Джудит смущенно поджала губы. – Я никогда не осуждала ее за это, хотя должна была делать такой вид, когда разговаривала с женами других преподавателей на факультете. Нет! Я этого не осуждала! – И снова Джудит вскинула потемневшие голубые глаза, в которых Марк прочел желание быть понятой. – Она была умной, хитрой и до ужаса жестокой. Если она могла унизить человека, то это ей доставляло несказанное наслаждение. И я совершенно убеждена, что в физическом смысле она была холодна, как рыба.

– Холодна? – недоверчиво взглянул на нее Марк.

– Да. Именно.

– Не слишком ли ты усложняешь ее личность?

– Нет, наоборот! Есть много женщин, похожих на нее. Просто это льстит их самолюбию, когда их считают великими любовницами, вот и все. – Джудит сжала губы. – Роз любила позу: она упивалась вниманием. А затем, заполучив очередного любовника, она делала вид, что испытывает невероятный экстаз, хотя для нее это было утомительной рутиной.

Марк отбросил ее умозаключения:

– Что касается ее последнего завоевания: ты знаешь, кто это был?

– О, я-то знаю. Но теперь это совершенно не имеет значения.

– Не имеет значения?

– В том смысле, о котором, как мне кажется, ты думаешь. Потому что этот человек никоим образом не связан с колледжем.

Наступившая пауза громом звенела в ушах Марка.

– Джудит, ты в этом уверена?

– Иначе и быть не может. Я часто видела, как он ночью заходит в бунгало. Я даже видела, как они прокрадывались в изолятор колледжа и она ключом открывала дверь. – Джудит подобралась, подобно школьной учительнице, которой она когда-то и была, но ее колотило. – Я ужасно боюсь, – с легким румянцем на щеках добавила она, – что выгляжу как шпионка. А это вовсе не так! Что бы люди ни думали, я не распространяю сплетен. Просто дело в том, что мне не спится: я сижу у окна или иду бродить по колледжу. Вот так я их и увидела. У нее заметная фигура – я не могла спутать ее ни с кем.

– Так кто же этот человек? Как его зовут?

– Марк! Ты, кажется…

– Да! Меня очень интересует, кто это. Почему ты не хочешь его назвать?

– Ну, имени его я не знаю. Но, скорее всего, многие его видели. Он молод, и его автомобиль бросается в глаза. Это тебе о чем-то говорит?

– Пока нет. Молодой человек в броской машине – явление тут довольно привычное. Послушай, мы должны найти его.

– Марк, пожалуйста, не надо на меня давить! Когда я позволила себе эту глупую вспышку, это был всего лишь нервный срыв. Я действительно ненавидела Роз, и я это признаю. Но я не собиралась обвинять его. Я действительно не считаю, что он мог ее убить.

Образно говоря, Марк понял, что нужно ударить по тормозам.

– Ее никто не убивал, Джудит. Ты, конечно, слышала, как доктор Кент говорил о самоубийстве?

– Да, слышала. Но, честно говоря, не могу в это поверить. А ты?

– Почему бы и нет?