Читаем Строгий препод (СИ) полностью

Она всегда улыбалась ему и тут же отводила взгляд, когда он поворачивался в ее сторону. Постоянно крутила прядь волос между пальцами или верхнюю пуговицу на блузке, отчего в следующую же секунду он опускал взгляд на лист с лекцией, начиная не глядя читать и представляя, как срывает эту чертову блузку с маленькими черными лисицами. У него неизбежно вставал, и в такие секунды он был счастлив, что стоит за высокой кафедрой.

Стоит ли говорить, что почти все сны состояли только из одного желания и образа, он уже начал чувствовать себя подростком, когда просыпался по утрам и, стоя под душем, вспоминал то, от чего кровь приливала к члену.

Но приглашать ее на свидание?

Чтобы опять все повторялось раз за разом, снова и снова.

И если кто-нибудь узнает про его отношения со студенткой, никакая кандидатская работа, защищенная на "отлично", ему не поможет.

Черт, он и в самом деле ее пожалел.

А потрахаться можно и с кем-нибудь другим.

Платье было сногсшибательное.

Именно так я думала в магазине, когда вертелась в нем перед зеркалом. Оно было из легкого материала синего цвета с ненавязчивыми цветами, снизу подшитое резинкой, то есть чуть сужающееся, и на талии перехватывалось черным широким поясом.

Сейчас же у меня никак не выходило завязать пояс так, чтобы складки выглядели естественно и мягко. Три раза попробовав, я забросила пояс на кровать и занялась прической.

Слишком хорошо выглядеть было нельзя - все-таки это не свидание, а дополнительное занятие (по его словам), потому я просто заплела две обратные косы, выпустив некоторые волнистые пряди, и закрепила волосы на затылке, аккуратно подвернув оставшийся хвостик в прическу.

Вообще, мне повезло, что я не относилась к девушкам, одевающим платья и юбки только на особые случаи, да и простые прически я старалась делать каждый день, когда шла в универ, так что как-то по-особому я выглядеть не буду.

Чуть брызнув лаком на волосы в надежде, что они не распадутся до встречи, я наконец завязала пояс, проверила печенье, на которое потратила весь вчерашний вечер, и застегнула сумку.

Оставалось только унять бешено разгулявшееся сердцебиение.

Я поставила пластиковые стаканчики с чаем, между ними положила печенье тоже на пластмассовой тарелке, достала ручку и увидела...

Я забыла чертову тетрадь!

Как такое вообще может быть? Хорошо хоть, что ручку взяла.

Зато испекла печенье и чай купила в буфете. Просто, блин, набор для идеального свидания.

Я запаниковала, оглянулась вокруг в надежде, что кто-нибудь из студентов забыл на столе тетрадь, и в ту же минуту Олег вошел в аудиторию.

Все еще пребывая в растерянности по поводу тетради, перевела взгляд на его как всегда задумчивое лицо и выдала:

- Привет.

- Здравствуйте, Зимина.

Паника достигла апогея.

Не зная, что еще сказать, я промямлила:

- Я испекла печенье.

Он внимательно посмотрел на меня, выражение задумчивости исчезло - теперь Строгов разглядывал меня с интересом, едва заметно склонив голову набок.

- Отлично, доставай тетрадь и садись.

Я села, поправив юбку платья, взяла ручку и стала вертеть ее между пальцами, не зная, как скрыть факт отсутствия тетради.

Но Строгов, кажется, и не заметил. Он спокойно сел рядом со мной, очевидно расставив ноги как все мужчины, потому что его колено, скрытое за брюками, касалось моего, дрожащего от стыда за забытую тетрадь и паники от свидания.

Он начал говорить что-то об Эпикуре, потом перешел на его последователей, а я первые минуты смотрела перед собой на трясущуюся между пальцами ручку и изредка переводила взгляд на листы лекций у него в руках.

Вскоре он замолчал, и я перевела вопросительный взгляд с его больших ладоней на зеленые глаза.

- Ты почему не записываешь?

Мои щеки наверняка заалели в ту же секунду, я опустила голову, светлые пряди тут же заслонили меня от Строгова.

- Я забыла тетрадь. В другой сумке.

Преподаватель вздохнул и отобрал у меня ручку.

- Тогда слушай хотя бы.

Я кивнула, сцепив пустые пальцы в замок и сильно сжав их.

И он снова принялся говорить и говорить, но мои мысли уже были далеки от этого.