– Дело у него, говорит. Надо кота какого-то за хвост куснуть. Хороший, мол, человек попросил.

– Зашибись, – сказал Гермес.

– И не подумаю, – сказал Гиес. – Сам зашибись, если приперло.

– Ладно, я с этим кобелем потом разберусь, – сказал Гермес. – Оставил пост, так сказать, манкировал служебными обязанностями… А сейчас мне некогда. Дай пройти.

– Пароль! – громыхнули пятьдесят глоток.

– Пошел на фиг, скотина сторукая, – сказал Гермес.

– Это для прохода в Тартар пароль, – сказал Гиес. – А тут другие слова нужны. Мне Цербер их на ушко перед уходом шепнул.

– Да я в жизни паролем не пользовался, – сказал Гермес. – Меня Цербер всю дорогу без пароля пускал.

– Тогда сиди и жди, пока Цербер вернется, – сказал Гиес. – Потому что я без пароля тебя не пущу.

– У меня дела, – сказал Гермес.

– У всех дела.

– Меня дядя Аид ждет.

– Всех дядя Аид ждет.

– У меня времени нет.

– У всех времени нет.

– Ну ты и гад, – сказал Гермес.

– Теперь точно без пароля не пущу, – обиделся Гиес. – Ходют тут всякие, нехорошими словами обзываются…

От злости Гермес прикусил свой кадуцей.

ГЛАВА 3

– Где амазонки? – требовательно спросил Реджи.

Место, куда они попали, не слишком отличалось от окрестностей горы, где стрелок встретил сатира. Амазонок не наблюдалось.

– Понимаешь ли, в чем дело, – сказал Силен. – Прямого дромоса в страну амазонок не существует. Иначе почему я так долго собирался к ним наведаться? Боюсь, что дальше нам придется идти пешком.

– В принципе я ничего не имею против хорошей пешей прогулки, – сказал Реджи. – Но тут мне в голову пришла мысль, а не дурак ли я. Давай уточним кое-какие моменты.

– Давай уточним, – сказал Силен, извлекая из воздуха кувшин с подозрительным запахом алкоголя. – Люблю уточнять на двоих. Хотя на троих оно как-то веселее выходит.

– Не сейчас, – отмахнулся от кувшина Реджи. – Насколько я понимаю, ты – существо сверхъестественное?

– Это кому как, – сказал Силен. – В нашем мире я вполне естественен и органично в него вписываюсь.

– Но, по сути, ты являешься представителем мифологического сословия?

– Типа того.

– Ты местный бог?

– К счастью, нет, – сказал Силен. – Правда, жертв мне никто не приносит, но и ответственности меньше. У богов слишком много обязательств, связанных с их статусом. Аресу надо зарисовываться чуть ли не на каждой войне, Дионису требуется постоянно бухать независимо от того, хочет он этого или нет, Зевс вынужден вмешиваться во всевозможные дрязги, Гермес служит у него на побегушках… А я – птичка вольная.

– У тебя есть доступ к нектару, птичка вольная?

– Нет, – сказал Силен. – Чего нет, того нет. А ты с какой целью интересуешься?

– Мне, собственно, нектар нужен, – сказал Реджи.

– А Геракл тут при чем?

– Мне посоветовали обратиться к нему за помощью.

– Кто посоветовал?

– Цербер.

– Здоровенный двухголовый пес со змеями вместо гривы?

– Ага.

– Известная личность, – сказал Силен. – В принципе он прав. Геракл конечно же тебе поможет. Если захочет. И если это в его силах.

– Мне намекали, что у него здесь хорошие родственные связи.

– Это да, – сказал Силен. – Связи у него тут – закачаешься. Его даже обещали на Олимп взять, когда он откинется. В смысле, когда он копыта откинет.

Пока Питер храпел, Негоро отыскал в башне волшебника кухню, немного порылся в шкафах и наконец нашел то, что ему было нужно. Нехитрая вроде бы вещь, но она поможет заполучить нового союзника, причем союзника, имеющего магические способности. Со знаниями Негоро и волшебством Питера они смогут продвинуться по пути к цели, поставленной еще стариком Негориусом.

Надо только правильно разыграть свои карты.

– Вообще я должен тебе признаться, что боги в наших краях – один другого краше, – разглагольствовал Силен, периодически прикладываясь к вину. Реджи слушал его вполуха. В конце концов, информация могла оказаться полезной, ведь именно пойло этих ребят стрелку предстояло добыть в итоге всего этого похода. – Компания, честно говоря, довольно-таки гнусная. Кровосмешение, постоянные супружеские измены, склоки, геноцид… Воры, убийцы, развратники. Боюсь, долго они не протянут. Слишком они на людей похожи. А люди, сам понимаешь, смертны. Быть похожим на смертного – смерть. Особенно для бога.

– Не боишься такие разговоры вести? – спросил Реджи.

– А чего мне бояться, если меня никто не слышит?

– Я слышу.

– Ты не считаешься: Ты не местный и вряд ли меня вложишь. А если и вложишь, то никто тебе не поверит. Сам подумай, твое слово против моего, при том, что я – сатир, и не последний, а ты – какой-то стрелок, перекати-поле. И вообще, ты сам – смертный.

– Природа тут у вас красивая, – сказал Реджи.

– Не фиг тему менять, – сказал Силен. – Впрочем, ты прав. Места неплохие. Хочешь, я тебя потом на рыбалку свожу?

– Я не большой любитель рыбалки.

– А чего тут любить? Наливай да пей.