Читаем Стрелец полностью

А заботы обо всем этом он собирался взвалить именно на батю. Начать что-то новое, поднять процесс с нуля и запустить его — тут Иван горел. Но как только все начинало работать… Вот скучно ему становилось, хоть ты тресни.

За месяц они успели сварить тысячу пудов железа и пятьсот — различной стали. А заработать… В Москве вдруг появилось дешевое железо, которое сразу же стали отрывать с руками. Еще бы, рубль за пуд против рубля двадцати. Брали с запасом. А еще отличная сталь, причем двух видов, и снова по смешной цене два с полтиной рубля за пуд.

Сказать, что отец был возмущен подобной дешевизной, это не сказать ничего. Однако Иван, набравшись терпения, посадил Архипа рядом и расписал все выгоды нового способа против кричного железа. Из имевшейся руды при кричном способе выход железа составлял в самом лучшем случае двенадцать процентов против сорока при выделке новым способом. Расход же угля был выше примерно в пятнадцать раз. Вот так вот.

Продали конечно же не весь металл. Не забыли оставить и себе. Для задумок Ивана им его требовалось изрядно. Возвращаться же к его выделке в ближайшее время он не собирался. Ни к чему.

Попутно отработали и технологию чугунного литья. Ничего особенно сложного. Столовая утварь, варочные плиты с кольцами, колосники, дверцы, задвижки, все для обустройства новых печей. Русская печь с местными зимами — просто замечательно. Но топить всю печь ради того, чтобы приготовить обед… Тут не просто приходится протапливать весь дом, но еще и расход дров аховый. Новая же печь позволяла избежать подобных неудобств.

Разумеется, объемы литья были более чем скромными. Только и того, что обзавелись дома новой посудой да близким друзьям чего подбросили. Ну и в домах Ивана и Архипа печи переложили. Причем впрягаться пришлось и самому парню. Русские печники ничего подобного не делали. Он же имел кое-какой опыт. Вот и поставили на пару. В отцовском доме печник уж сам сподобился. Покачал головой, мол, чудит народ от избытка денег в карманах.

Угу. Было такое дело. Деньжата в кошелях и впрямь завелись. Причем бешеные, иначе и не сказать. Вот тут-то соседей и прорвало. Кто из них сподобился настрочить донос, Иван так и не узнал. Впрочем, и не стремился. Как и батю отговорил.

А тем временем нагрянули соколики из приказной избы и ну шерстить в хвост и в гриву. Столько всяких-разных налогов и податей нарисовалось, что держись. И все дай, дай, дай. Иван не особо удивился данному обстоятельству. Скорее уж схожести двух миров, а не налетевшим стервятникам. Но, признаться, и рвать жилы на казну или чей карман не желал.

А ведь не у всех есть такие серьезные покровители. Отец поразился, когда вдруг выяснилось, что кроме обычного налога, да еще и за вычетом льготы Ивана, с них ничегошеньки не причитается. Вот только вчера едва без штанов не оставили. Образно, конечно, но все одно изрядно так затребовали. А сегодня «будьте любезны» и «сильно не огорчайтесь». А Архип что? Охренеть, разумеется, охренел, но огорчаться и не подумал.

Когда утрясли все конфликты, продолжили работы по созданию мастерской. И двигались стахановскими темпами. Пусть до рождения советского рекордсмена и оставалось эдак лет двести, это ни о чем не говорит. Трудились не за страх, а за совесть.

И первое, что сделал Иван, когда в мастерской заработали хоть какие-то станки, это проявил заботу о родном десятке. Вот не верилось ему, что обошлось без наушника[6] из их числа. И после этого ежемесячно подбрасывать им деньгу? Да пошло оно все.

Испросил разрешения. Взял да и поставил чуть выше по течению речки водяную лесопилку. А потом передал артели, в которую вошел весь его десяток. Пускай варятся в своем соку и портят друг другу кровь. А от него больше ни копейки не получат. Кстати, все это удовольствие обошлось ему дешевле ежемесячной выплаты им. Вот так вот. Вроде и заработок подбросил, ну и яблоко раздора подсунул. И в том никаких сомнений. Натура человеческая она такая. Чтобы компаньоны не передрались из-за денег… Когда же их, почитай, полный десяток, это случится скорее рано, чем поздно.

Веселая жизнь пошла, чего уж там. Параллельно Иван двигался к намеченной цели. Ну вот не нравился ему его карамультук, хоть тресни. И трехзарядный пистоль не грел душу. Хотелось заполучить что-то более приемлемое, и так, чтобы при случае можно было развернуть относительно недорогое массовое производство.

Словом, сейчас он держал в руках собственное творение. С одной стороны, переполняемый гордостью. С другой — робея как мальчишка. Хм. Вообще-то фактически он и есть мальчишка. Подумаешь, успело стукнуть девятнадцать годков и уж полгода как числится в стрельцах. Молодость — она и есть молодость.