Читаем Стрела гламура полностью

Калитку Ирка тоже бросила открытой, так что мне видна была ее могучая фигура в пестром байковом халате. Широкой спиной и прилегающими к ней не менее широкими территориями подруга закрывала от меня свою собеседницу. То, что это женщина, было понятно по голосу: высокому и тонкому, совсем не похожему на Катькино второе сопрано.

— Он жался к вашему забору, вот я и подумала — ваш это зверек! — пищала незнакомка. — Но, если не ваш, не берите, пусть еще погуляет, побегает, может, найдет свой дом.

— Как это — побегает? — сердито забасила Ирка. — Мороз минус восемь, скоро ночь, на улицу собак выпустят, а он тут бегать будет? Нет уж! Наш он или не наш, мы его приютим. А вам спасибо за внимание.

Очевидно, на этом тема ночных прогулок на свежем воздухе была закрыта, потому что Ирка затворила калитку, повернулась и пошла в дом, мимоходом бросив мне:

— Запри дверь, пожалуйста, у меня руки заняты!

Она что-то прятала под фартуком, надетым поверх халата.

— Кто пришел? — выходя нам навстречу, поинтересовался Колян.

— Кто там? — поддержал вопрос Масяня.

— А вот кто! — торжественно сказала Ирка и вытащила из-под фартука меховой комок размером с мужской носок из козьего пуха.

— Зайчик! — в полном восторге завопил Масяня. — Тетя Ирка поймала зайчика!

— Зайчик сам к нам пришел, — поправила Ирка, погладив пушистого зверька. — Он сидел под забором, а какая-то незнакомая тетя его увидела, решила, что зайчик не может попасть к себе домой, и позвонила в нашу дверь.

— А вы уверены, что это зайчик? — недоверчиво спросил Колян. — Насколько мне известно, зайчики бывают беленькие и серенькие, а этот какой-то розовый!

— Строго говоря, он не розовый, а полосатый, — поправила его Ирка, поднимая зайчика повыше, чтобы до него не мог дотянуться общительный Масяня.

Зверек действительно был весьма необычного окраса. Голова, живот, лапы и хвост у него были белые, а поперек спинки тянулись розовые полоски.

— Тигровый заяц! Редкое явление природы! — восхитился Колян.

— Может, это помесь зайца с бурундуком? Зайцендук! Или бурундаяц! — ловко придумала изобретательная Ирка. — Бурундуки — они как раз полосатые.

— Тигры тоже полосатые! — напомнил Колян.

Чувствовалось, что он готов отстаивать свою версию.

— Да это вообще никакой не заяц, а кролик, — сказала я, забирая у Ирки полосатого грызуна. — Декоративный кролик, таких в зоомагазине продают, я видела.

— Вот таких видела? В розовую полоску? — не поверила подруга.

— По виду именно таких: с короткими округлыми ушами и тупой мордочкой, — ответила я. — Не полосатых, а черных, серых, белых, коричневых и пятнистых. Не вижу, почему бы не быть и полосато-розовым кроликам? На то они и декоративные.

— Явно какая-то помесь, — сказала упрямая Ирка. — В природе живых существ такого ярко-розового цвета не существует.

— А фламинго? — тут же заспорил с ней Колян. И запел:

— Розовый крольчонок! Дитя фламинго!

— Фу! — сказала я. — Об этом не при ребенке, ладно?

— Коля хочет потрогать зайку! — немедленно заявил о себе ребенок.

Я опустила кролика на пол. Он прижался к паласу и замер, подрагивая белыми, на розовой подкладке, ушами.

— Что зайка будет кушать? — спросил Масяня, присев на корточки и склонив голову, чтобы заглянуть кролику в морду.

— Молодец, заботливый! — похвалила я сына. — Зайка, наверное, согласится покушать зеленый салат, он в холодильнике, в ящике для овощей.

Ребенок сгреб в охапку индифферентного кролика и поволок его в кухню, напевая на ходу:

— Трусишка зайка розовый под елочкой скакал.

Опасаясь, что Мася в приступе гостеприимства разгромит холодильник, Ирка опередила ребенка на пути в пищеблок и выдала им с кроликом по мытой морковке. Масяня с новым другом удалился в свою комнату. Ирка проводила их задумчивым взглядом и вполголоса спросила:

— Не знаешь, кролика можно приучить ходить в туалет?

— Сомневаюсь, — сказала я.

Тогда подруга сбегала в подвал и притащила оттуда огромную коробку от телевизора. Из нее получился превосходный кроличий домик, такой просторный, что зверек даже смог принимать в своих апартаментах гостей. Мы быстро убедились в этом, потому что Масяня сразу же залез в коробку и закрыл над своей головой картонные лепестки крышки. Коробка немного потряслась, пока новоселы устраивались, а потом успокоилась. Вскоре из детско-кроличьей норы послышался бодрый хруст. Очевидно, жильцы с аппетитом трапезничали сырой морковью.

Ирка, я и Колян вернулись в гостиную — допивать коньяк и терзаться сомнениями. Неожиданное обретение кролика не компенсировало нам пропажу Катерины.

До самого вечера мы мучились неизвестностью. Приговорили бутылку коньяка и все время препирались, не в силах решить, должны ли сообщить о Катькином исчезновении в милицию. Хотя мы склонялись к мнению, что девица сбежала с возлюбленным, не исключалась и вероятность похищения.

— Возможен также несчастный случай! — заявила Ирка, укоризненно посмотрев на меня. — Пока ты бегала за соком, Катерина оставалась без присмотра, и с ней могла произойти какая-нибудь беда. Что, если она попала под машину?