Читаем Стрела гламура полностью

   Мы с Иркой переглянулись. Что происходит, было совершенно непонятно, как вести себя – тоже. Я решила вести себя вежливо. Подцепила под руку подругу, светским тоном сказала:

   – Если никто не возражает, мы, пожалуй, вернемся в дом. – И с усилием развернула неповоротливую подругу в сторону нашего флигеля.

   Некоторое время мы провели у окна в кухне, прижимаясь коленками к батарее, а носами к темному стеклу. Потом у Ирки зазвенел мобильник.

   – Да, Катюша? – ласково отозвалась она. – Ой, нету! Но я могу спросить у Ленки и…

   Звонок, видимо, оборвался, потому что Ирка с недоумением посмотрела на трубку, положила ее на подоконник и сказала:

   – Катя спрашивает валерьянку. У тебя нету?

   Звякнул мой собственный телефон.

   – Да?

   – Лена, у тебя случайно нет валерьянки? – прошелестел в трубке слабый голос Катерины.

   – Нету! – с сожалением сказала я. – Но я могу поискать аптечку.

   В трубке пошли гудки.

   – Аптечка где-то в большом доме, и Катька лучше всех должна знать, где именно, – справедливо заметила Ирка. – Похоже, у бедняжки в голове помутилось.

   – Неудивительно, – согласилась я.

   Мы снова уткнулись физиономиями в стекло. Во дворе ничего нового не происходило, и я заполнила вынужденную паузу приличествующей случаю речью о том, какой милый, славный человек был Андрей Петрович Курихин. В гости нас позвал, кормил, поил, тосты провозглашал, анекдоты рассказывал!

   – Ты действительно думаешь, что покойный Курихин был таким душкой? – Ирка посмотрела на меня искоса и насмешливо хмыкнула: – Скажи пожалуйста, много ты знаешь преуспевающих бизнесменов с характером Винни Пуха?

   – Ну…

   Я растерялась. В самом деле, человеку с кротким нравом плюшевого медведя трудновато рассчитывать на деловой успех, тут скорее нужны повадки гризли!

   – Вот я расскажу тебе одну интересную историю, можно сказать, легенду, – сказала Ирка, неотрывно глядя в окно, за которым опять повалил снег.

   Это было завораживающее и прекрасное зрелище, вроде классического балета. При этом казалось, что балетмейстер там, наверху, что-то напутал, заставив балерин в пышных пачках кружиться в бешеной половецкой пляске. Однако для той дикой истории, которую рассказала мне подруга, декорации были подходящие.

   – Давно это было, лет десять назад, пожалуй, – сказала Ирка. – Жил-был предприниматель, еще не очень богатый, но уже не особенно законопослушный. Бизнес у него был такой, предполагающий нарушения закона и плотные контакты с криминальным миром.

   – А чем он занимался? – влезла я с уточняющим вопросом.

   – Марками, – коротко ответила подруга.

   – Это марки-то криминальный бизнес?!

   – Смотря какие марки, – спокойно ответила она. – Наш герой занимался акцизными марками. Теми, которые наклеиваются на бутылки с алкогольной продукцией. Но речь не об этом. У бизнесмена была молодая жена, красивая, но не очень умная. Во всяком случае, ей хватило глупости изменять супругу, да еще и попасться на этом. И вот однажды муж застал ее с любовником, которым оказался его собственный шофер.

   – И что было дальше? – спросила я, понимая, что обещанное мне интересное еще впереди – избитый анекдотический сюжет должен был иметь какое-то небанальное развитие.

   – Что было дальше с шофером, история умалчивает, – сказала подруга. – А с неверной женой наш герой мгновенно развелся и выбросил ее из дома без всякого имущества и без копейки денег. Однако этого ему показалось мало. Человек он был деспотичный, гордый, мстительный и злопамятный, но при этом еще большой выдумщик. Он продал свою бывшую жену в рабство.

   – Ты шутишь? Какое рабство? – не поверила я.

   – Ну, есть у нас такие… Как бы это сказать… Организации, которые курируют нищих и побирушек всех мастей. С бабок на папертях дань собирают, а одиноких инвалидов используют как рабскую силу, – ответила Ирка. – Ты как-нибудь присмотрись к беспомощному попрошайке-колясочнику, обязательно увидишь поблизости пару босоногих цыганских подростков или тетушку с пристальным взглядом. Это представители рабовладельца. Герой моего рассказа тряхнул своими криминальными связями и определил экс-супругу стоять на перекрестке. Сказал, раз ей так сильно водители нравятся, будет общаться с ними днем и ночью! В общем, днем несчастная женщина на дороге газетами торговала, ночью – собой, а потом, когда окончательно перестала быть привлекательной, – наркотиками.

   – Ужас! И долго она так мучилась?

   – Пока не умерла от передозировки. Лет семь или восемь, я точно не помню, – ответила Ирка, с преувеличенным интересом рассматривая снежинки.

   – А откуда ты все это знаешь?

   – Моржик рассказал, – подруга наконец посмотрела мне в глаза. – Это же его родственники, так что он должен знать фамильные легенды.

   – Родственники Моржика? Постой…

   Я ахнула:

   – Так ты мне про Курихина, что ли, рассказывала? А его жена… Это мать Катерины?!

   – Точно, – Ирка кивнула.

   – Ничего себе… А Катька знает?

   Подруга пожала плечами:

   – Может, знает, может, нет… Но отношения с папенькой у нее в последние годы были, мягко говоря, натянутые.

   – Еще бы! Он так поступил с ее матерью! Да за такое убить мало! – воскликнула я.