Читаем Стражи Хейвена полностью

— Итак, как же вы двое очутились здесь, в Хейвене? И почему оба прикидываетесь простолюдинами, когда вы — королевской крови? Даже здесь, на задворках мира, подобные родственные связи наверняка принесли бы вам социальные и экономические преимущества.

— Долгая история, — ответил капитан.

— Ничего удивительного, — подал голос Чаппи. Теперь он лежал с закрытыми глазами на спине, задрав все четыре лапы вверх. — Валяйте краткую версию, а то я вас растерзаю или замучаю вопросами.

— Мы покинули Лесное королевство и двинулись на юг, — начал Хок. — Хотели начать новую жизнь. Освободиться от груза прошлого. И вопреки тому, что тебе наверняка рассказывали, с Харальдом мы расстались отнюдь не полюбовно. Нам с Джулией следовало убраться как можно дальше от его мстительных рук.

— Король всегда утверждал, что ты уехал с его благословением, — заметил Чанс.

— Черта с два! — фыркнула Фишер. — Он хотел взять меня в жены, а Руперта убить. Ему не хотелось бороться за трон. Мы тогда оставили его валяться без сознания на куче конского навоза в стойлах.

— Трон меня не интересовал, — продолжил Хок. — Но проболтайся я в замке достаточно долго — и нашлось бы немалое количество людей и партий, желавших видеть меня королем. Лесной замок был неимоверно тесен для нас с Харальдом. Одному из нас в любом случае пришлось бы вскоре прикончить другого. Мне этого не хотелось. Сколько бы гнева и горечи мы с ним ни изливали друг на друга, но… Он все-таки мой брат. Мы бок о бок сражались в Войне демонов. Поэтому мы оставили Лесное королевство. Только заехали в Мрачную башню — попрощаться с Верховным магом.

— Это я помню, — раздался с пола, голос Чаппи. — Он предсказал, что однажды вы вернетесь в Лесное королевство. Тоже мне, удивил! Незаконченные дела всегда найдут способ тебя достать, как ни увиливай.

— Он вручил нам дары. Мне этот топор, поскольку мечом я больше владеть не могу. В свое время я был первоклассным фехтовальщиком, даже твоему отцу задавал жару, но все изменилось, когда демон вырвал мне глаз. Какой из меня фехтовальщик без ощущения глубины пространства? Работа топором не требует особого искусства: хватит сильной правой руки и определенного количества кровожадной решимости. Есть у этого топора и другие свойства: он прорубает магическую защиту. Ну, почти любую.

— Мне он тоже сделал подарок, — вступила в разговор Фишер. — Я могла бы попросить волшебное оружие, если б захотела. Но во время Войны демонов я таскала один из этих проклятых мечей, Даров Преисподней, и с меня хватило. Я до сих пор помню злой клинок по имени «Волчья погибель». Он мне едва душу не сожрал. Поэтому вместо оружия я попросила о пророчестве. Я спросила Верховного мага: «Всегда ли мы с Рупертом будем вместе?» И он сказал да, до самой смерти.

— Вот уж не знал, — покачал головой Хок. — Никогда не интересовался, о чем ты его спрашивала, — я полагал, это твое личное дело. Тронут. Но от меня ты услышала бы то же самое.

Супруги через стол взялись за руки, и улыбнулись друг другу одними глазами. Чанс на мгновение уловил отблеск легендарной любви Руперта и Джулии.

— Верховный маг сказал нам, что мы его больше не увидим, — продолжал Хок. — Мы и сами догадались об этом. Он выглядел постаревшим, усталым… Его могло бы ветром сдуть. Собственная магическая сила пережевала и выплюнула его, пройдясь по нему так же, как по его врагам. Вероятно, он мог спастись даже тогда. Если бы действительно захотел. Верховный умел восстанавливаться. Но, по-моему… по-моему, старик позволил себе умереть. Магия, Дикая и Великая, уходила из мира, и он это знал. Для подобных ему места уже не оставалось. Старик пережил одно последнее большое приключение, и, мне думается, предпочел уйти на взлете, пока его еще помнят героем Войны демонов, а не озлобленным затворником, каким он был до моего прихода. Все его старые друзья и враги умерли. Мы с Джулией тоже покидали Лесное королевство. Он оставался один.

— У него был я, — возразил Чаппи. — Но Верховный сказал, что и мне давно пора выметаться. Когда все его звери ушли, а сам он умер, Мрачная башня запечаталась, многочисленные окна одно за другим исчезли, и его жилье превратилось в склеп. Но ведь она всегда им была, не правда ли?

— Единорога Бриза мы проводили к его родне, — продолжила Фишер, — и вернули в стадо, откуда его забрали так давно. Руперт ему обещал. Это заняло некоторое время. Мы отыскали единорогов в потаенной долине. Не стану говорить где. Тех немногих, кто помимо нас знал его историю, уже нет среди живых, и рассказать о нем некому. Пусть так и остается. Бриз теперь бегает со своими сородичами и, надеюсь, счастлив.

Хок взглянул на Чаппи, примостившегося у ног Чанса, и припомнил, как близки они были с Бризом.

— У героя в странствиях всегда есть спутник, — промолвил он, наконец, улыбаясь вольготно развалившемуся на полу псу. — У меня был Бриз, а у тебя, Аллен, есть Чаппи.