Читаем Стражи границы полностью

— Заводная, в смысле, которая двигается, когда покрутишь пружинку, а не в смысле запасная. Вставайте же, господин Яромир.

Я потянулся и вылез из-под теплого одеяла.

Милорад горестно вздохнул и ушел. Я услышал, как он отдает распоряжение накрыть на стол в кают-компании.

Через час наша маленькая компания — судите сами — я, Милочка, Янош, Всеволод, Лучезар, Ратибор, Милорад и все шесть человек моей охраны — то есть всего-навсего чертова дюжина, не считая Амира, а если сосчитать — то ведь как символично — число четырнадцать — а ведь это две семерки, и если их не сложить, а перемножить, то получится сорок девять, то есть число Вселенной… Так вот, вся наша маленькая компания покинула корабль и ступила на исмаилийский причал. Нужный нам магазин был расположен в некотором отдалении от порта. Амир объяснил это тем, что нечего, де, в такие места мотаться кому не след. Он ведет нас не куда попало, а в магазин для местных мареманов.

К магазину мы пришли еще через час. Сначала я безропотно переставлял ноги — что поделаешь, если Радушка меня поднять поднял, а разбудить, по своей деликатности, забыл. Минут же через сорок я проснулся настолько, что поинтересовался:

— А почему мы идем пешком, Амир? Разве в Исмаилии не бывает экипажей?

Амир пожал плечами, на что я не обратил внимания, так как смотрел в другую сторону, и объяснил.

— На четырнадцать человек пришлось бы брать четыре экипажа. А на таком кортеже въезжать в магазин уж слишком круто. Знаете, какие тогда цены заломят?

— Догадываюсь, — я вздохнул. — Далеко еще?

— Минут пятнадцать.

К моему удивлению, магазин был уже открыт.

— Амир, говорите уж сразу. У вас что, принято работать с пяти утра?

— Вообще-то да, — пожал плечами лоцман. — Но зато с двенадцати до пяти вечера у нас сиеста. Вы просто никогда не пробовали работать под палящим солнцем.

Я почему-то вспомнил привидевшуюся мне еще в прошлый раз картинку возведения пирамиды и вздохнул.

— Вы правы, Амир. Не пробовал.

Мы зашли в магазин. Если Амир думал, что привести целое отделение в магазин, вместо того чтобы привезти его же, будет менее заметно, и вообще не станет бросаться в глаза, то он думал о чем-то другом. Вокруг нас немедленно собралась целая толпа продавцов. Один из них вручил мне чашечку кофе, а когда я автоматически передал его Джамиле, немедленно подсунул мне вторую. Я глотнул. Кофе был горячий, крепкий и сладкий. Я, неожиданно для себя, проснулся и пришел в хорошее настроение.

Продавцы, тем временем окружили нас с различными товарами в руках. Все было добротное и непонятное. Например, зачем нужен в море костюм химической защиты времен первой мировой войны… Хотя нет, не первой, а второй. Нужен он был в первую, а изобрели его ко второй. Так вот, зачем он нужен в море, я не понял.

Амир не стал смотреть на предложенный нам ассортимент, а приказал принести морские комбинезоны. Нам принесли все те же костюмы химзащиты, только облегченные варианты. Амир осмотрел, ощупал, остался доволен, после чего велел нам примерять. Я обалдело повиновался. Амир осмотрел меня, сообщил, что костюм плохо на мне сидит, и распорядился принести костюмчик моего размера.

В общем, вся эта кухня продолжалась часа два. За это время мы успели напиться прекрасного кофе, щербета, поесть пирожных и засахаренных фруктов. Поэтому, я не особенно удивился, увидев астрономическую сумму, на предложенном мне счете. Удивился Амир. Более того, он начал яростно торговаться. Он убеждал, бурно жестикулировал, кричал, бросал тюрбан о пол и порывался уйти. Первый раз он вернулся сам, во второй раз его уговорили вернуться продавцы. А словесные обороты Амира во время этого торга были достойны увековеченья на золотых скрижалях. По крайней мере, я таких раньше не слышал, и, надеюсь, не услышу и в дальнейшем. Зато счет сократился, как по волшебству. Примерно так еще через час. Старший продавец еще раз внимательно изучил его, картинно хлопнул себя по лбу и невинно улыбаясь, сообщил, что он по ошибке приписал лишний нолик.

Когда мы вышли из магазина, Амир устало улыбнулся и обратился ко мне:

— Вот так вот, господин Яромир. А если бы мы приехали на экипаже, пришлось бы платить ту сумму, которую нам написали сразу. И то после длительного торга.

— Я что-то не понял, Амир, у вас что, торг — это своего рода спорт, что-ли?

— Что-то вроде этого, — улыбнулся лоцман. — Теперь вы понимаете, почему я не хочу идти за покупками для всей команды?

— Нет, — честно ответил я.

— Вдохновение исчерпал, — вздохнул Амир. — Думается, с этой задачей куда лучше справится ваш боцман. По крайней мере, я еще не встречал боцмана, неспособного изъясняться подобным образом от восхода до заката солнца в день летнего солнцестояния.

К вечеру вся команда была полностью экипирована в соответствии с представлениями Амира. Сам он перебрался на корабль в гостевую каюту. Отчаливать мы должны были рано утром.