Читаем Стражи границы полностью

— А, — улыбнулся вьетнамец. — Вы имеете в виду знаменитый «Секрет побед Вьетконга»?

— Он так называется?

— Его так прозвали после окончания Третьей Мировой Войны.

Я с интересом посмотрел на помощника министра, а Янош, по молодости лет менее сдержанный, озвучил мой вопрос:

— Вы не могли бы рассказать, как так получилось?

Вьетнамец глянул на висящие на стене часы. Время неуклонно двигалось к обеду. Я подумал, что он не хочет пропустить сие оздоровительное мероприятие и спросил:

— Может быть, нам продолжить разговор за обедом? У нас, в Верхней Волыни, принято обговаривать дела за обедом или, там, за ужином.

— К сожалению, это невозможно, господа, — возразил вьетнамец, — Мой лимит представительских на этот месяц исчерпан. Я, конечно, мог бы взять сверхлимитные средства, но не раньше, чем наши переговоры дойдут до более интересной для Вьетнама точки.

— Прошу прощения, господин Ан Зэонг, но я никогда не пригласил бы вас на обед за ваш счет. Если вы считаете возможным угостить обедом интересных торговых партнеров, то почему этого нельзя сделать нам?

Ан Зэонг подумал.

— Обед — не взятка, — негромко пояснил Янош. — Обед это просто еда. Уже почти час дня. Когда у вас перерыв?

Вьетнамец улыбнулся и встал.

— Да что это я, господа! Вы проголодались, и мой долг, как хозяина, помочь вам найти приличную столовую.

— Лучше бы ресторанчик, — уточнила Джамиля. — Мы бы хотели попробовать вашу национальную кухню. Желательно, умеренно экзотическую.

— Это как? — не понял Ан Зэонг.

— Я просто хочу сказать, что мы бы не хотели получить блюда из змей, лягушек и тому подобные деликатесы. Мы совсем не знаем вашей кухни, но в Бирме нас пробовали накормить тушеной змеей. Оно, может быть, и неплохо, но мы предпочитаем более прозаические блюда. Например, из баранины.

— Я понял, — улыбнулся вьетнамец. — Знаете, господа, не нужно никуда ходить. То, что вы хотите, мы сможем получить в кафе, здесь же, внизу.

Кабинет помощника министра был на втором этаже.

Ан Зэонг встал из-за стола.

— Чай мы с вами попьем после обеда. Пойдемте, я провожу вас.

Мы прошли по устланному ковровой дорожкой коридору на ту же лестницу, по которой мы поднимались, спустились и свернули не к выходу, а куда-то под лестницу. Впрочем, под лестницей обнаружилась вполне культурная дверь. Ан Зэонг распахнул ее, и мы оказались в небольшом зале. Немногочисленные столы были покрыты цветными, плетеными скатертями, стилизованными под циновки.

— Садитесь за стол, господа, — предложил нам помощник министра и подошел к стойке, уставленной многочисленными закусками. Янош оглянулся на меня и пошел помочь нашему гиду.

— Ну что вы, идите, я распоряжусь.

— Я помогу вам.

— Не надо, вы ведь гость.

Янош вернулся к столу. Через пару минут вернулся и Ан Зэонг.

— Сейчас подадут обед, господа. Единственное, должен извиниться, вина не будет. Водки тоже. В рабочее время в рабочем кафе подавать спиртные напитки не положено.

— Разумно, — проговорил я. — Но мы легко переживем этот момент.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся вьетнамец.

К столику подошла официантка с подносом и принялась расставлять закуски. Квадратные глубокие тарелочки были наполнены какими-то салатами. Я посмотрел на Всеволода. Он уверенно подцепил на вилку салат, положил в рот, пожевал и кивнул. Я перевел взгляд на Яноша. Молодой человек никогда не страдал отсутствием аппетита. Не стал он привередничать и сейчас. Воодушевленный этим примером я подцепил на вилку немножко еды, поднес ко рту, и посмотрел на жену. Милочка уже успела ополовинить свою порцию. Я решился и положил еду в рот. На мой вкус, еда была немножко островата, но вполне съедобна. Ан Зэонг, поглощающий свой обед с аппетитом усталого труженика, заметил мои колебания.

— Никакой экзотики здесь нет, господин Яромир. Обычная говядина и овощи.

Я кивнул и съел еще ложечку.

— Я понимаю, господин Ан Зэонг, вино в рабочее время пить несолидно. А воду?

— Одну минуточку, — вьетнамец решительно сгреб остатки салата на вилку, переправил в рот и, жуя, встал и прошел к стойке. Через минуту он вернулся с подносом, на котором красовался керамический кувшин и керамические же стаканы. — Прошу вас, господа.

Ан Зэонг сам разлил по бокалам какой-то напиток. Заметив мой настороженный взгляд, он улыбнулся. — Это коктейль из соков, господин Яромир.

— Спасибо, — с признательностью сказал я, и, сначала осторожно, потом более решительно, осушил стакан. Освежающий напиток немножко пригасил пожар у меня во рту. Я поставил пустой стакан на стол и снова взялся за вилку.

— Возьмите лепешку, господин Яромир, — посоветовал вьетнамец.

Я взял. Лепешка была из белой муки, свежая, но абсолютно пресная. Ан Зэонг оказался прав. Она прекрасно сочеталась с огненным салатом. Я вздохнул и снова потянулся за соком. В конце концов, жгучие блюда мне были не в диковинку. Мы питались подобным образом начиная с Александрии. Вот только раньше мы обильно приправляли перец вином, и он воспринимался несколько мягче.