— Боюсь, здесь вы не правы, Джамиля, — возразил Всеволод, — Таписса отнесся к Лучезару именно как к мужчине. Видели, как он растерялся, когда я заявил о своих правах?

— И ты туда же, Сева!

— Никогда не надо отрываться от коллектива, — засмеялся Всеволод. — Да, Миндон, ты еще не проголодался? А то у меня большие планы на день.

Миндон смущенно улыбнулся.

— Пока вы не заговорили о еде, я вроде, как и не думал…

— Понятно. Тогда пошли, поищем ресторан.

— Не надо, господин Всеволод, я и так доставляю вам массу хлопот.

— Не думай, Данушка, из-за одного тебя ресторан искать я бы не стал. Купил бы пирожок где-нибудь по дороге и все. Но у меня господин Яромир не кормлен, а аппетит у него разыграется разве что в будущий шторм…

Глава 5 Некоторые вопросы церемониала

Этим вечером к нам на «Переплут» прислали целый том, в котором подробно описывался регламент предстоящей церемонии. Притащить всю компанию во дворец я не мог. Прогулки с телохранителями разрешались только вельможам, или раджам, как их здесь называли, а я вот к раджам никакого отношения не имел. Единственное, нас можно было принять за заморскую диковинку, и как таковую, рассматривать во множественном числе. Ведь как бы я не пересчитывал обязательных участников завтрашнего похода, число их не уменьшалось. Хорошо еще, хватало пальцев на одной руке. Но зато они были задействованы полностью — считайте, я, Милочка, Янош, Всеволод и Лучезар. Конечно, не кисло было бы прихватить с собой нашего послушника в качестве гида, но во дворце пользы от него будет немного. Так что Миндону и моим многочисленным телохранителям предстояло ждать во дворе. Но это ничего — захватят с собой пикниковую корзинку и как-нибудь переживут. Но вот как нам всем попасть вовнутрь? По регламенту полагалось идти мне одному, в лучшем случае, с капитаном Лучезаром. Но без Милочки я не пойду, это ведь понятно, Всеволод же меня и сам не отпустит, а оставить Яноша будет просто жестоко! Так что я решил прикинуться безграмотным варваром и притащить всех своих. А чтобы махараджа на меня не сильно обиделся, возьмем сервизик посимпатичней. В конце концов, это только поможет нашему с Анирудой бизнесу — реклама — двигатель торговли. А где вы видели лучшую рекламу, как показать, что у кого-то что-то есть? Правильно, господа, лучшей рекламы не бывает. Потому как эта конкретная ее разновидность опирается на жадность, а это едва ли не самое сильное человеческое чувство.

Тем не менее, чтобы окончательно не осрамиться перед бирманским высшим светом, я собрал всех своих в нашей с Милочкой каюте, дал Яношу том, чтобы тот читал вслух — у него это замечательно получается, и прилег. Посему из всего тома я сумел освоить только то, что у бирманского махараджи восемь тронных залов с тронами, причем каждый в отдельном доме. Я удивился и спросил как это, но Миндон, которого мы позвали в качестве технического консультанта, сообщил, что дворец, как таковой, это не здание, а комплекс зданий. И что не пристойно иметь комнату в большом доме. Нужно иметь дом. Я аж заснул от удивления.

Проснулся я среди ночи. Судя по всему, от внезапно наступившей тишины.

— Что, вы уже все изучили? — изумился я.

— Мы прочитали достаточно, чтобы знать как нам нужно себя вести, и что ты все равно никогда не сможешь поступать, как должно, так что беспокоиться, в сущности, не о чем, — язвительно ответила Милочка.

— Так там и было написано, дорогая? — сонно улыбнулся я.

— Почти. Зря я переживала, что мне в должности королевы будет нечем себя занять. Если ты и дальше собираешься вести дела таким образом, то мне времени не хватит даже в зеркало глянуть лишний раз!

— Ты и так красавица, Милочка. Но укладывайся скорее. Читать перестали, а жены в постели нет. Я не могу спать в такой ужасной обстановке!

Джамиля рассмеялась.

— Хорошо поспал, Ромочка?

— Неплохо.

— Теперь меня усыпи, — Милочка наконец легла рядом.

— С удовольствием, дорогая!

Утром пришлось вставать на рассвете.

Утром пришлось вставать на рассвете. Регламент предписывал нам быть во дворце не позднее восьми утра, ведь в девять туда придет сам махараджа. А нам полагалось почтительно ждать. Честно говоря, перспектива топтаться битый в час в тронном зале не вызывала у меня большого энтузиазма, но я уже попробовал нарушить придворный церемониал в Бхарате. И что из этого вышло? Право же, дешевле бы обошлось, если бы я опустился на колени и облобызал сандалии Пушьямитры. Хотя, что об этом говорить? Пушьямитра все равно нашел бы к чему придраться! Да я и не жалею о том, что было. Вот только второй раз экспериментировать подобным образом не хочу.

Я принял душ, чтобы смыть остатки сна и присоединился к своим за завтраком.

— Поешьте, как следует, — наставительно проговорил Всеволод. — А то пока вы вчера спали, мы выяснили, что на приеме нас не накормят, а идти туда со своим бутербродом — верх неприличия.

— Все-таки пусть захватят бутерброды. Для Миндона и твоих ребят.

— Я распорядился, Яромир. Миндон все еще плохо переносит даже легкий голод.