Что воздам Господеви о всех, яже воздаде ми? — Вопрошал некогда взысканный благодеяниями Божиими Давид; и отвечал: Чашу спасения прииму, и имя Господне призову (Пс. 115; 3–4). Как ни велики благодеяния Божий к Давиду, но они малы в сравнении с той милостью, коей ныне, братие, удостоены от Господа все мы. Ибо Господь даровал нам то, что выше всех благ: даровал Самого Себя, — Свое Тело и Свою Кровь. Что же воздадим Господу о всех, яже воздаде нам? Воздадим, по крайней мере, то, что и Давид: приняв чашу Господню, возвестим имя Бога, нам благодеющего. — Как возвестим? И словом; ибо многие из нас, зде стоящих, призваны на служение слова, на проповедь Евангелия: но прежде и паче всего — нашими делами и жизнью. Поверят ли нищему, покрытому язвами и рубищем, что он был на трапезе царя и удостоился его дружества? Не поверят и нам, что мы причащались Тела и Крови Господней, если на нас останутся прежние язвы страстей, прежние рубища грехов. Господь не требовал от нас достоинств, посаждая за трапезу Свою; не обратил внимания на грехи наши и нечистоту: взял нас прямо с распутий мира, — некоторых, может быть, от врат адовых. — Он положился на одну нашу будущую благодарность, — на то, что мы, взысканные по милости, насыщенные не по достоинству, исторгнутые из бездны зла, сим самым преизбытком милосердия будем остановлены на пути беззакония; что чаша завета сама будет для нас залогом верности, защитой от страстей, побуждением к любви; что уста наши, орошенные Кровью Его, уже не будут разверзаться на неподобные глаголы; что сердце наше, проникнутое огнем Божественной любви, не будет источать помыслов злых и похотей вреждающих. Изменим ли, братие, сей Божественной надежде на нас, сему любвеобильному доверию к нам? Покажем ли, что мы приступили к святой трапезе с Иудиным лицемерием? Захотим ли быть доказательством, что ад над грешниками сильнее неба? Предадим ли Тело и Кровь Господа врагам Его — нашим страстям и беззакониям? — О, да не будет, да не будет, да не будет сего! Умых нозе мои, како оскверню их? (Песн. 5; 3) — восклицает душа верующая, изображенная Соломоном. Мы не нози токмо умыли, но и руце и главу. И чем умыли? Дражайшею Кровью нашего Спасителя и Господа. Возвращаться, после сего, на прежние нечистоты, значит проливать напрасно Кровь завета, укорять Духа благодати, ругаться страданиям Спасителя. Да скажет же каждый, имеющий в том нужду, — да скажет внутреннему морю страстей: до сего дошло ты по моему невниманию; но отселе, благодатию Божией, не прейдешь далее, но в тебе сокрушатся волны твоя! Аминь.

III

В книге Исхода читаем, что по установлении между Богом и народом израильским завета, в знамение коего все люди окроплены были кровью жертв, Моисей взял книгу завета, прочте людем во уши. И рекоша: вся, елика глагола Господь, сотворим и послушаем (Исх. 24; 7).

Для вас, братие, не нужно повторять теперь книгу Нового Завета, из чаши коего вы пили Кровь Господа; ибо сия Божественная книга в прошедшие дни была разверзаема пред вами многократно. Посему о вас можно сказать подобное тому, что Сам Учредитель Нового Завета изрек о первых причастниках Тела и Крови Его: путь весте (Ин. 14; 4); знаете, куда лежит путь из-за Тайной Вечери; ведаете, что хочет преподать нам и чего требует от нас Господь, питая нас Самим Собой; разумеете, что Он через сие самое хочет быть в нас и соединить нас с Собой, и что сей таинственный союз возможен с нашей стороны токмо посредством веры и любви.

"Вся сия весте, братие; но блажени есте, аще и творите я" (Ин. 13; 17). Новый Завет не имеет нужды в делах закона, но непременно требует дел благодати. Без сего, завет пребудет новым, а мы останемся ветхи. Кровь завета, коея мы приобщаемся, не может молчать; она вопиет или за нас, "в отпущение грехов" (Мф. 26; 28), или противу нас, в отмщение за грехи.

"Но и сия весте, братие, блажени убо есте, аще и творите я" (Ин. 13; 17). Блажени, ибо в таком случае вы Христовы, и Христос ваш; а с Ним вся ваша (1 Кор. 3; 22), небо и земля, время и вечность. Блажени, ибо рано или поздно, Он приидет к нам, и поймет нас к Себе, дабы мы, слуги Его, были навсегда там же (Ин. 12; 26), где теперь Он — Глава и Господь наш. Но все сие под условием, аще творите. Если будем жить и ходить так, как Он жил и ходил; будем любить и возвещать истину и добродетель, как Он любил и возвещал их; если будем носить крест и побеждать мир, как Он носил и побеждал; если будем подобны Ему, — верны даже до смерти.

В противном случае, братие, и сие Божественное "брашно не поставит нас пред Богом"! (1 Кор. 8; 8). Аминь.

IV