Читаем Страсти Земные полностью

— А вспомни, как в прошлый раз светло было, не экономили чекисты, — подмигнул я ей и уже остальным, — вот графит, берем кубики и складываем в сумки. Берите столько, сколько сможете унести и осторожней — ронять и кидать нежелательно — края крошатся, да и вообще он хрупкий, — сказал и вышел свободным сознанием.

Подлетая к двери, услышал Тимуровский возглас: «Сколько здесь энергии, с ума сойти!».

В коридоре все по-прежнему было переплетено серыми нитями. Залетел в «операторскую». Двое знакомых «паранормалов» копались в нагромождении серых амулетов. Куб с силой смерти убрали, но нити заклинания были закольцованы прямо в стене, ведущей в коридор, амулеты можно совсем вынести — ничего не изменится. Наверное, пробовали. Единственное — тупо «выжечь» другой стихией, но кто это сделает? Искренне посочувствовал бывшему родному отделу. Вылетел обратно и буквально пролетел сквозь… Шувалова! Он как раз подходил к дверям бывшей «операторской». Шувалов дернулся и глупо заозирался. На его лицо страшно было смотреть: мешки под покрасневшими глазами, в них почти физическое страдание. Сожаление и досада, казалось, приклеились к угрюмому лицу не отдираемым клеем. Да, Александр Сергеевич, мир несправедлив, а ваша служба тем более. Мне стало его жалко. А что делать? С этими мыслями вернулся в тело. Кстати, я все время слушал шутки ребят по поводу застывшего меня. Одна Лара пыталась их остановить: «Мужики, он на разведке, а вы его отвлекаете!», бесполезно.

— Сколько собрали? — спросил, как только вернулся.

— Кто бы взвесил! — ответил Виктор, — но поднять еще можно.

— На меня не забудьте, — бросил я и подошел к двери.

Погладил её и сказал Оранж:

— Что, милая, соскучилась, небось. Поработай, выжги серые нити.

— Легко! — взревела пламенем Оранж. На публику сыграла. Я улыбнулся.

Надо помочь ведомству. Как ни сложится моя миссия, мана пригодится. Что я, зря амулеты делал? Стихия смерти не потеряет актуальность в любом случае — неизвестный бог не придет сюда аватаром, не встретится со мной в честном поединке, а значит так и останется «курировать» местную силу смерти. Надеюсь, ему придется искать других демонов. Ого, какого я о себе мнения! Сдуй пары, разорвет.

Один из участков серого плетения касался двери. К нему и направила собственную нить Оранж. Потом пошла вдоль серых нитей. Минута, и к дверям можно подходить свободно. Это далеко не древние эгнорские заклинания-ловушки, там такое не прокатывает. Если кто-то находился в коридоре, то он как минимум обомлел: алое пламя чертило узоры прямо в воздухе, уходило в стены, не обжигая их, возвращалось назад, продолжая танец.

— Готово, — доложила стихия огня, — враг повержен!

— Вольно, солдат! — ответил я ей.

— Ну что, ребята, — спросил, обернувшись.

— Еле поднимаем, — ответил за всех Тимур, — зачем ты силу огня гонял?

— Да так, помог органам. Выдвигаемся обратно.

Шли груженые сумками в той же последовательности, что и сюда. Я замыкающий. Как только я пересек плоскость портала, светляк погас.

Камеры, срочно включенные по распоряжению Шувалова, зафиксировали только исчезновение света. Когда включили освещение хранилища, то Петров, экстрасенс пытавшийся нейтрализовать узор серых, тихо присвистнул, глядя на монитор. В двух углах куба не хватало существенного количества кирпичей. На первый взгляд — килограмм двести с копейками. Стоящий за ним Шувалов улыбнулся и вздохнул с облегчением.

Видеонаблюдение включили сразу после удивленного восклицания Петрова:

— Александр Сергеевич, серое плетение пропало! Совсем! Мы здесь ни при чем.

Дома взвесили добычу — вынесли двести сорок килограмм, плюс «мои» двенадцать, с которыми я практически не расставался. Слился с рюкзаком, привык и почти не замечал.

Помылись и поужинали. Восемь вечера. С ума сойти! В любой момент Фиона может скомандовать выдвижение по позициям, в Москве давно стемнело.

— В астрал, ребята, — распорядился я.

Там мы обсудили кто где будет находится, решили во сколько по гринвичу будут короткие перерывы для выхода из астрала и многое другое.

— Теперь самое главное, ребята, — я вытянул руку, и на ней возникла стопка из пяти тонких одинаковых книжек в красных обложках с надписью: «Магия. Теория и практика», — разбирайте.