Читаем Страсти Земные полностью

Ломал голову несколько дней, пока не решил: все дело в уверенности. Если ты точно уверен, что белое — это белое и это соответствует объективной реальности, то… а что понимать под объективной реальностью? Что первично: курица или, ой — идея или материя? Стоять! Уверенным и все, нефиг забивать голову. Кирпич он и в Африке кирпич, причем для всех. На голову упадет — мало не покажется. Я тоже оставлю конкретику без философствований, к примеру… ядерные превращения. Физика, так физика — Игорь советовал, а если она, то пусть будет ядерная, не мелочиться, тем более у меня по ней пятерка. Была. Давно.

Верю в себя? — Верю! Цель вижу? — Вижу! Трах тибидох и готово. Теперь серьезно. Крошка графита. Практически чистый углерод. Во что превратить? Самое простое в один из изотопов азота. От одного нейтрона из каждого ядра выкинуть электрон и готово. Невозможно? Сомненья — прочь! Кварки, взаимодействия сильные — слабые, классификации и прочие лептоны, сложные формулы — все побоку! Это оказалось очень сложным. «Многие знания — многие печали» — мудрость права. Эфрад действительно был сумасшедшим, раз взялся за такое и, теперь я это подозреваю еще сильнее — не слишком глубоко образованным. Да, азот — двенадцать вроде очень короткоживущий и во что-то превращается самопроизвольно… да и бог с ним, замечу.

Задача ясна. Как её прописать, чтобы поняли стихии? Нет, зря я так про Эфрада, он гений. Взял готовый природный код — последовательность генов. Выполняй с первого до последнего и готово. А мне? Рисовать шарики ядер? Собственно, а почему они шарики? Неизвестно какую форму они имеют, их никто не видел! Пусть будут линейными. Так, пишем последовательность. Латинскими буквами протоны-нейтроны: п-н-п-н-п-н-п-н-п-н-п-н, подразумеваем, что «н» состоит из «е»-электрона и «п». Ага, получаются множества — подмножества, константы, массивы переменных…

Я так увлекся этим, что не заметил, как Роза принесла ужин.

— Привет, о чем задумался, — я сразу очнулся.

— Да так, о девичьем. Что нового в мире, — я сознательно отказался от телевидения, радио и интернета, надеялся выключиться из мира. Случится каверза — сообщат.

— Вроде ничего нового. Сколько осталось? Ого, уже ощутимо дует!

— Дней пять — шесть.

— Давай быстрее, Зина скучает, — я попросил Розу пожить с ней эти дни.

— Передавай привет. Как её бизнес.

— Также, по всем больницам нарасхват, и многие врачи также против, — это про амулеты.

— Понятно. Ладно, пока Роза, я думу думаю.

— Ага. Завтра и потом меня не будет, в командировку в Питер отправляют, для проведения курсов. Серьезно отнеслись к шаманизму, я не ожидала.

— Рад за тебя. Кто мне хавчик носить станет?

— Фарид.

— Фу, скользкий тип. Но ничего, не его же я буду есть.

— Пока, Егор. Удачи.

На выходе Роза обернулась и посмотрела на меня. Долго и пристально. Задумчиво потерла лоб, дернулась вернуться, но передумала. Впереди поездка, надо подготовиться к первым лекциям. Тень над Белым Шаманам показалась и исчезла. Проклятья и сглазы так себя не ведут.

Только я этого не видел, я снова ушел в расчеты. Не ожидал, что захватит. Думал так, развлекусь между делом, а поди ж ты! Про поиски Игоря забыл.

Четыре дня корпел над простейшим алгоритмом, большей частью в астрале, что еще увеличило время работы. В итоге получилось: одно ядро методом пересчета проверяется на исходное соответствие, из нейтрона отнимается электрон и снова проверяется теперь на истинность результата. Прибавляется единица, то есть второе ядро и то же самое и так до: либо строгого ограничения числа циклов, иначе ядер, либо отсутствия таковых в ближайшем радиусе десять нанометров, либо когда кончится энергия преобразования, то есть мана. Хоть по одному условию, хоть по всем трем, хоть по двум — целых семь заклинаний на одну операцию. Много. Ладно, потом разберемся. Осталось убедить Женю, именно она, стихия земли отвечает за массы — атомы — молекулы.

— Чего тебе не понятно, цифр не знаешь или алфавита!? — в который раз спрашивал я Женю.

— Все это я знаю, но умом! А чтобы выполнить, надо почувствовать! Алфавит как раз и не чувствуется!

— Ты еще и чувствовать умеешь!?

— Представь себе!

Так мы переругивались по нескольку раз на дню. Астральному, разумеется. Остальные девочки тоже думали.

— Алгоритм вполне понятен, — подытожила мое творчество Фиона, — естественен. Конечно, чуть более абстрактен, чем генетический, но вполне…

После этого и начались «чувства». Через несколько дней переписали программу скандинавскими рунами — Крася нарыла в инете. Она через астральную метку, оказывается, могла связаться с моим компом откуда угодно и не сказала об этом, нехороший человек, когда я над преобразованием углерода корпел. С рунами стало «интуитивно понятней», но все равно не пошло.

«А ну-ка», — пришла в голову мысль, и я пальцем нарисовал руну, которую видел у Игоря, когда он портальное заклинание рисовал.

— Этот знак понятен?

— Да, — девочки ответили хором.

— Почему.

Замялись.

— Э-э-э, изгибы напоминают… любимые, вернее наиболее выгодные в энергетическом плане движения стихий. Я бы так сказала, — первой нашлась Фиона.