Читаем Страсть умеет лгать полностью

— Отличный выбор, тем более, сохранена преемственность. Мишель — Элина… Эля — Эли.

То, как он сразу фамильярно сократил имя, внезапно меня разозлило.

— А как мне к вам обращаться? — дерзко спросила я.

— Михаил. Можно без отчества.

Я едва не рассмеялась. Михаил? Вот этот лощеный породистый красавец — просто Миша? Какой чудовищный диссонанс! И ведь наверняка это его “игровое” имя, мог бы и поинтереснее придумать.

— Что ж, с именами разобрались, — усмехнулся он. — Что вы знаете о нашей фирме, Эли-на?

Легкую издевательскую паузу в моем новом имени я предпочла не заметить. Теперь надо себя подать с лучшей стороны.

— Только то, что есть на вашем сайте. Вы специализируетесь на исторической реконструкции, устраиваете туры на балы в средневековом антураже, проводите турниры, свадьбы и фотосессии в знаменитых замках с аутентичными определенной эпохе интерьерами, продаете новоделы археологических реликвий. Это основное, что я запомнила. Мне это действительно интересно. В университете я изучала историю языков. Древнерусский, древнеанглийский, старофранцузский…

— Да, я ознакомился с вашим резюме, — управляющий оторвал взгляд от содержимого папки, которое изучал со скучающим выражением породистой аристократической мор… лица. И взглянул мне в глаза, поймав меня на рассматривании.

Между нами словно леска натянулась как между рыбаком и рыбкой. А глаза у него не такие и темные, как мне показалось при первой встрече. В голове сразу замурлыкало “А твои глаза цвета виски, от меня они близко, близко…”.

В себя привел укоризненный тон:

— Но вы не закончили учебу.

— Взяла академический отпуск. По семейным обстоятельствам.

Он кивнул, перелистнул файл, и я поняла, что все мои обстоятельства ему уже известны. С одной стороны, это какой-то беспредел. С другой, я понимаю, среди его клиентов могут быть такие высокопоставленные персоны, что сотрут в порошок за малейший промах, и каждого нового сотрудника компании надо проверять под лупой.

— Сколько нужно средств на операцию для вашего племянника? — в лоб спросил управляющий.

— Три с половиной миллиона только операция. Ее делают только в США, — голос у меня внезапно сел до шепота. — Плюс билеты на самолет и проживание там на время реабилитации.

— Кредит вам не дали, — констатировал Михаил.

— Нет, — я уткнула взгляд в свои руки, сложенные на коленях.

Кто бы дал? Три никчемные женщины. Одна пенсионерка, мы с сестрой — без опыта работы. Подработки не в счет. И я никому не признаюсь, где и как подрабатывает моя сестра.

— Мы даем беспроцентные кредиты нашим сотрудникам, — управляющий смотрел исподлобья, испытующе, клюну я или нет. — Если, конечно, принимаем соискателя на работу. И если заемщик соглашается на наши условия.

Сердце у меня подкатило к самому горлу, и я сглотнула. Наживку. Как та рыбка. Что они от меня потребуют, если мне нечего дать?

Моя реакция не осталась незамеченной. В его “глазах цвета виски” появилось удовлетворение. Я опять разозлилась и, пользуясь тем, что руки под столешницей ему были не видны, сжала ладони в кулаки так, что ногти пребольно впились в кожу.

Стало легче, в голове прояснилось, и я снова спросила себя: не пора ли на все плюнуть и бежать?

Три с половиной миллиона, напомнила я себе. Рассчитывать на беспроцентный кредит не стоит: слишком заманчиво, а значит, в условиях там наверняка не яма, а целая пропасть вырыта. Мне нужны полгода официальной работы с хорошей зарплатой, чтобы банк дал кредит. И потом лет двадцать его отрабатывать. Или как получится. Главное, дело будет сделано, Димка сможет расти нормальным ребенком!

— Не слышу вопроса об условиях, — сощурился управляющий.

— Меня еще не приняли. Как я понимаю, это главное условие.

Он бархатисто рассмеялся.

— Логично. Вам пришлют документы на электронную почту, ознакомитесь, обдумаете. А сейчас небольшой тест на эрудицию. Готовы?

Я кивнула. И последовал совершенно неожиданный вопрос:

— Как распознать одержимость?

Я вздрогнула, — показалось, что глаза управляющего на миг вспыхнули алым, но это был всего лишь отсвет колыхнувшейся свечи. Ответила ровно и бесстрастно:

— Извините, я претендовала на должность секретаря-координатора, а не экзорциста.

— То есть, уже не претендуете? — улыбка хозяина кабинета перетекла в усмешку, придавшую мужчине шальной мальчишеский вид. Он откинулся на высокую резную спинку старинного кресла, сложил крепкие руки на груди.

— Если позволите, все еще претендую.

— В таком случае давайте уточним кое-что. С Вашими внешними данными, биографией и аттестатом я уже ознакомился, результат меня вполне устраивают. Но мне нужна несколько иная информация о вашей личности. Я предупреждал, что собеседование будет для вас необычным, некоторые мои вопросы покажутся неожиданными или бестактными, но прошу отнестись к ним серьезно. Если ответ меня не устроит или покажется неискренним, мы распрощаемся. Поэтому не стесняйтесь говорить откровенно то, что думаете. Не бойтесь ошибиться. Готовы? Итак, я уже задал вам вопрос.