— Нет, — нахмурилась Тор. — Он по-прежнему на свободе и по-прежнему невероятно осложняет жизнь. Я встречусь с вами в изоляторном отсеке. Экран погас, потом снова ожил, словно захлестнутый громадной синей волной, которая при ближайшем рассмотрении оказалась боком «Трамплина Тайсона». Дез не увидел ни окон, ни чего-либо хоть отдаленно напоминавшего причал.

— Какой величины корабль? — спросил он, наклоняясь вперед, чтобы лучше рассмотреть. На экране он смог разглядеть лишь край «Трамплина», над которым зияла чернота и опять появлялись звезды.

— В полтора километра длиной и приблизительно восемьсот метров в диаметре, команда около тридцати тысяч человек, — сказала Бесс.

— Почему нас собираются держать в изоляторном отсеке? — Трис подхватила Тайлера, сидевшего у ее ног, и потрепала ему холку. — Новое заточение? Верно, Тайлер?

— Что происходит? — Секторный маршал вээд-раачей в гневе стукнул кулаком по пульту управления. — Я не могу дождаться ответа. Какой-то идиот нарушил связь?

— Нет, сэр… по крайней мере, не с нашей стороны, — ответил его адъютант. — Я провожу проверку, но, кажется, проблемы возникли на атакующем корабле.

— Какие там сейчас могут быть проблемы? Они почти подвели тайлурианина к причалу. Я видел собственными глазами.

— Мы не можем получить ответа, сэр. Прикажете отправить корабль-перехватчик?

— У меня такое чувство, что это лишняя потеря времени. — Секторный маршал умолк, глотая горькую пилюлю поражения.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Предоставив Бесс вести «Реванш» в уединенный док, Якоб отправился в задний отсек фургона, сказав, что в момент стыковки он хочет быть в униформе. Трис с Тайлером на коленях сидела в его кресле, зачарованно наблюдая, как они приближаются к «Трамплину Тайсона».

— Как ты выглядишь, Бесс? — неожиданно поинтересовался Дез. Бесс какое-то время не отвечала. Затем она засмеялась:

— Уверена, ни одной IB-SI прежде не задавали таких вопросов.~ Она на мгновение замолчала, будто не зная, что сказать. Потом продолжила: — У меня нет ответа, Дез, хотя я почти во всех отношениях живая — совсем как ты. Я порождена цивилизацией, которая принимает нас такими, какие мы есть… Полагаю, я выгляжу как «Реванш», потому что нахожусь в нем. Совсем как та жизненная энергия, что делает тебя отличным, например, от Трис. Твоя энергия и ты — одно и то же, потому что она находится в твоем теле.

— Верно, — кивнул Дез. — Я немного понял. Надеюсь, мой вопрос был не слишком неприятен?

— Вовсе нет, — сказала Бесс. — И видишь ли, если мы больше не встретимся, хочу, чтобы ты знал: может, иногда я и поступала с вами жестко, но это не значит, что я не буду скучать по вас. «Реванш» слегка накренился и нырнул вперед, где сплетался узор прожекторов, похожий на узор на корабле вээдов. Высветилось ослепительно белое продолговатое отверстие — вход в причальный отсек. В отличие оттого, к которому они так и не пристали, отсек был почти пуст, только небольшая группа людей ожидала их в дальнем конце.

— Ты не вернешься вместе с нами на Приам? — спросил Дез. Бесс до такой степени стала частью его жизни, что он не представлял, как сможет с ней расстаться.

— Я рядовой участник операции, — ответила она, — и не могу собой распоряжаться. Когда «Реванш» плавно вошел в причальный отсек, появился Якоб, одетый в нарядный светло-серый комбинезон с красными нашивками на плечах и нагрудном кармане. На поясе висела кобура с лазерным пистолетом.

— Порядок, Бесс, — сказал он. — Спускайся.

— Лучше бы тебе не называть меня больше этим именем. Могут подумать, что на Земле у тебя что-то случилось с головой.

— Нужно время, чтобы привыкнуть к прежним обычаям, — признался Якоб. — Мне понравилось поступать, как хочется.

— Почему что-то должно перемениться? — спросила Трис, с трудом удерживая Тайлера. Собака рвалась вперед, увидев с полдесятка ожидавших их людей.

— Я опять в униформе, — ответил он, — и подчиняюсь приказам.

— Якоб… — Дез схватил его за руку, — Якоб, почему они одеты в шлемы с забралами?

— Обычное боевое снаряжение, — пояснил он. — Без шлемов они чувствуют себя голыми. Бесс посадила «Реванш» мягко, как перышко, и Дез подумал, что, вероятно, в последний раз видит, как его крылья бесследно убираются внутрь.