Читаем Странный мир полностью

— Главный пятерки издевается над тремя степными ходоками за то, что они не догадались сплавиться по реке.

Выразительный взгляд в сторону мужа. Типа: а ты сомневался!

— Значит, от жажды помрут, — невозмутимо отвечает тот. — Мне их теперь ни капельки не жалко.

***

Костику безумно хочется в школу. Он видел, как сегодня учитель беседовал с мальчишкой двенадцати лет, прибывшим из Синоповки. Парень умеет читать, писать, считать, но не имеет представления ни об алгебре, ни о геометрии, ни о физике с химией. Так же как и он в свои двадцать лет. А дочка стеклодува — пятнадцатилетняя красавица — вообще с трудом складывает буквы в слова. Кажется, ей предстоит заниматься с первоклашками. А девица явно гонористая, ну, как станет обижать малышей?

А пока не начались занятия, та свистулька, что встретила его возле навозной ямы, притащила толстую папку с описаниями и рисунками степных растений, попросила просмотреть, поправить неточности, буде таковые обнаружатся, и дополнить, если ему известно больше. Хотя, на счёт свистульки, это он напрасно. Сам пацаном выглядит. А у Виктории дочурка уже на гуанако разъезжает — четыре года девочке.

Жаль, дедушка уехал в Балку. Он, конечно, старенький, но его прошлая специальность сильно заинтересовала здешних химиков. И семья стоматологов была мобилизована немедленно, Рипа их запрягла на медицинском поприще. Всех к делу пристроили в два счёта. Вообще, лагерь свой степной их команда покинула в два счёта и без малейшего промедления. Подкатил обоз телег, арб, и других упряжных экипажей, названия которых он не знает.

— Мы с дедушкой уезжаем, — сообщил Костик, поздоровавшись с людьми, составлявшими его семью долгие восемь лет. — На юго-востоке в ста километрах на берегу реки живут такие же, как мы люди. Они приглашают всех, и прислали транспорт.

На рассвете колонна с пассажирами и их добром проследовала обратно. По дороге встретили три пары волов, тащивших эвакуаторы для оставшихся в овраге автомобилей. Шины за эти годы сильно пострадали, да немалого количества деталей лишились и двигатели, и подвеска.

Вот такие дела. Завтра утром воспитательница средней группы предложила ему позаниматься со своей группой уходом за гуанако. Говорит, что по его птичьей комплекции ослик-верблюдик ему лучше подойдёт, чем лошадь. А Славка — он тут типа главного от всех бочек, предложил сконцентрироваться на геологии. Настоящего-то специалиста всё равно нет, а нужда в нём имеется.

И ещё Ирина, что главная тут по животноводству сделала шокирующее предложение, жить с ней, как с женой, пока она не понесёт от него. Как бы не опростоволоситься, опыта то у него в этом никакого. Он вообще-то к Ленке присматривался, так, на будущее. И дедушки рядом нет. Не с кем посоветоваться. Как-то ни с кем больше не завёл он доверительных отношений. Хотя люди здесь нормальные.

Костик, наконец, дождался завершения копирования содержимого диска с геологической энциклопедией на его пролежавший восемь лет без дела ноутбук. Итак, магматические породы.

***

Восточный берег Чёрного моря нынче неприветлив. Каменист и иссушен жарой. На узком пляже восемь осуждённых и груда вещей. И Славка.

— Через год проведаем, поглядим, как вы тут устроились. В трёх километрах к юго-западу долина с плодородной почвой. Семена и мотыги прилагаются. Снасти для рыбалки — тоже. Семьи ваши без еды не останутся, но сюда из них приедут только те, кто пожелает. Так что, всё в ваших руках.

Угрюмые взгляды. Молчание. А чего он хотел?

Вскарабкался на борт шхуны. Парни оттолкнулись, заклокотал бурун за кормой. Теперь в Синоповку, за Рипой. Ну и еще человек пять прихватят. И Костик просил набрать камней отсюда, а то, говорит, по одним картинкам тоскливо разбираться. А вообще — это последний рейс до весны. Весь запас горючего сожгли, а под парусом в осеннюю пору плавать боязно, часто штормит.

Оглянулся. Народ на берегу зашевелился.

***

Первоклашки приехали. Восемь запылённых всадников на гуанако. Копья в руках, за спинами лёгкие самострелы. Худые седельные сумы. Их будущие одноклассники с интересом смотрят на эту команду. Костик тоже любопытствует.

А ребятишки взаимодействуют, как части одного механизма. Или организма. Им не всё под силу, и не на всё хватает рук. Воротца загона отворили втроем, синхронно крякнув. Сёдла снимают, взявшись вдвоём. Упихивают в ясли сено, таскают воду в поильное корыто. Никто никому не мешает. Никто не спешит в помещения.

Скакуны устроены, ребятишки тащат пожитки в комнаты. Костик нарочно отправился за ними. Да не на что смотреть. Позанимали свободные койки, развесили самострелы, приладили копья, распихали седельные сумы — и мыться. Тут всё быстро и без затей. Обратил внимание только на то, что на пол участника процесса никто внимания не обращает. Ха, а ведь по трём комнатам они расселялись, тоже игнорируя это обстоятельство. Оттого, что маленькие, или это здесь в обычае? Есть у здешних людей лёгкие странности. Конечно, где это видано, чтобы малыши сами стирали свою одежду? А эти все уже развесили по верёвкам и потянулись в столовую.