Читаем Странный мир полностью

— Слав, непохоже, что девушки наши дошли до Одессы. Эта пластмассовая коробка не могла бежать со скоростью пятнадцать километров в час. При таком ветре, который создаст нужное усилие при парусе этой площади, высота волны достигает полуметра, — наконец мужик поднимает голову от доски, на которой пишет угольком стройные рядочки и колоночки аккуратных цифр. — Максимум — до устья Южного Буга. Если вода в мировом океане поднялась метров на двадцать пять — сорок, как раз в этом районе образуется мыс, в который можно упереться, направляясь на запад. — Витек показывает на крошечной физической карте, где, судя по окрашенности, указывающей высоту над уровнем моря, должен образоваться обманувший их тринадцатилетнюю капитаншу, выступ берега. — Хотя, вывод она сделала верный.

И в Крым вы попали куда-то в окрестности населённого пункта Красногвардейское, там как раз раньше проходила железная дорога, — продолжает Витек. Только берега вы в том месте видели каменистые, а там раньше была равнинная зона. Может быть, камушек какой откололи от тех скал? Я, конечно, не геолог, но, хотя бы по прочности, отличу осадочные породы от настоящего камня.

— Помню, что настоящих гранитных стен мы там не видели, только по кромке берега имелись заметные обнажения, но я их на звонкость при ударе не пробовал. И склоны там крутые. А потом, когда продвинулись вглубь суши, было похоже на холмы, но из них торчали каменюки, такие же, как береговые скалы, а в ручье встречалось немного гальки, но в основном песок. А вообще, после нашего тутошнего равнинного ландшафта создалось впечатление, что мы попали в горы, наверное, потому, что всё густо заросло зеленью, которая на здешнюю непохожа, — припоминает Славка. — Мы тогда очень много чего неправильно сделали. Обрадовались болтам, как будто из дома привет получили. Ни растений толком не пособирали, ни за зверушками не понаблюдали.

Разбирать свои действия и выискивать в них ошибки его учил отец. Славке оно и раньше помогало, да и теперь, возможно, впрок пойдёт.

* * *

Маркович ковыряется с очередной моделью ткацкого станка. Рамки, шпули, направляющие, гребёнки. Славка помогает. Подержать, подать, потянуть. Этот «профессиональный дачник» лет на десять старше своей жены и по возрасту не слишком отличается от Славкиного деда. Выкать ему нельзя, поскольку это запрещено, но и по отчеству закадычно обращаться язык поворачивается не каждый раз.

— Дядя Петя, а как мы, по-твоему, должны здесь всё устроить? — не молча же пыхтеть.

— Про всё-всё-всё я не скажу. А вот техническую картинку, к которой надо стремиться, кажется, немного себе представляю. Ты ведь смотрел в кино про эпоху Наполеоновских войн? Бородино, битва при Ватерлоо? Лошади, коляски, подзорные трубы, яркие свечи в люстрах. Добротные ткани, засеянные поля, водяные колёса и ветряные мельницы. Конечно, хотелось бы в добавление к этому ещё радиосвязь, подшипники и пневматические шины, но это уж как получится.

Понимаешь, Слава, в ту эпоху наше человечество уже окончательно и бесповоротно закрепилось на планете. Почта работала, парусные пакетботы и конные дилижансы обеспечивали постоянную связь. Гигиенические нормы входили в повседневную жизнь, работали учебные заведения и издавались книги. В производственной сфере происходило совершенствование оборудования и технологий, наука накапливала знания. Это был прекрасный отправной пункт для того, чтобы двинуться дальше, недаром история того периода так насыщена бурными событиями — революциями и войнами. В общем, если нам при нашей жизни удастся довести эту новую цивилизацию хотя бы до того уровня, считай — всё удалось.

Правда, товарно-денежные отношения, которые и привели цивилизацию к этому состоянию, увлекли её дальше по пути капиталистического развития в век пара, электричества, компьютеров и информационных технологий. Общество, зацикленное на единственной ценности — деньгах — стало и обществом продавцов, ибо именно продавая, человек обретает эту универсальную субстанцию, дающую ему возможности. Ради производства товаров и снижения расходов на их производство увеличивалась производительность труда, и использовалось всё большее количество естественных ресурсов. Еще при нашей жизни сложилась удивительная композиция, когда один, занятый в реальном производстве человек кормил примерно сотню других, тех, кто возил, продавал, рекламировал или закапывал на свалках то, что сделал первый. Хватало еще и тем, кто пел и танцевал, играл в карты и воровал, вёл политические игры или бряцал оружием.

Ну, ты понимаешь, это как бы взгляд со стороны. Мнение хладного разума, так сказать. Важен вывод. А он парадоксален. Бурный прогресс привёл к состоянию, когда ради улыбки любимой женщины, ради милых, скрашивающих жизнь пустячков, типа рекламных листовок избирательной компании, вырубались леса, перекапывались недра, а через океаны мчались наполненные нефтью полукилометровые танкеры. А потом на каком-то банковском счёте увеличивалась цифра. И всё это талантливо воспевалось. Иллюстрация, разумеется, примитивная, но суть ты уловил.