Читаем Странный мир полностью

— Биоцивилизация, что ли?

— Тебя, Гена, мечет из крайности в крайность. И био, и электро, и химическая, и машинная. Нам нужно просто научиться делать всё так, чтобы лик планеты не покорябать. Ну, и не страдать самим.

— А зачем вам нужно место с видом на Днепр?

— По реке дорога ровнее. Вы же, считай, на самом берегу живёте, — Михаил подкладывает в костёр несколько сучьев. — Удачный лесок вам при переносе перепал. Они в этих степях редкость.

— А разве мы не на границе лесов и степей? — Генка подливает в чашки понемногу травяного отвара.

— Степь да степь кругом. У рек, да в низинах только и встречаются деревья. Чем дальше к югу, тем суше. Здесь у вас просто рай.

— Зато у вас текилоносные кактусы растут, — улыбается юноша.

А из большого шатра выбирается Клара.

— Извините, я тут невольно подслушала ваш разговор про растительное масло. Спросить захотелось, почему вы рапс не сеете?

— А зачем он нам, — удивляется лейтенант.

— Так из него как раз больше всего масла и добывали для использования в двигателях в качестве топлива. Смешивали со спиртом и ездили.

— Надо же, не знал. Осталось этот рапс разыскать.

— Он в этих местах встречается.

— Тогда почему вы его не выращиваете? — Мишка смотрит с недоумением.

— Он для пищевых целей не всегда подходит, там масса тонкостей, которые без хорошей лаборатории не решить, а на людях пробовать не хочется.

— И откуда нам это известно?

— Работала на испытательной станции, пока сюда не попала. Растениеводом была, на него и училась.

— Ага, — выражение лица мужчины меняется, — опыления-скрещивания, гибридизация, методы генной инженерии. Томаты-мутанты, я так понимаю? Эту Викульку убить мало. Разведчиться, через пень её хрустальной кочерыжкой. Всё напутала, ничего толком не разузнала. Вы хоть понимаете, что у нас уже восемь лет сельское хозяйство ведётся эвристическими методами. Теми, что Авраам завещал… этому… самому… Линкольну, во! Короче, письма сыну не пишите. Свидитесь… ненадолго. Мимо ранчо не проедете.

— Зря вы так на Викторию серчаете, — заступается за девушку Клара. — Она очень много успела сделать за те сутки, что провела у нас…

— … сосны даже нашла, — ворчит её собеседник.

— Руки вверх, — в тон разговора произносит кто-то из темноты.

Мишка и Генка делают это молча, а Клара, как-то напряжённо. Потом неподалеку от Иванова типи на землю рушится тело, и издаёт звуки агонии — хрипение, подвывания, рывки. Охотник не удивлён. Он видел, что происходило с леопардом, представляет себе, какую выучку прошли взрослые, спящие, как кажется со стороны, кулями. И его ни капельки не удивляет детский голосок из темноты.

— Вань, их прикончить, чтобы не мучались, или добавить впечатлений? Не сразу поймёшь, мальчик или девочка. С лёгкой хрипотцой голосок, не иначе Нютка.

— Дай им в себя прийти, — Иван уже вышел из своего шатра. — Вы пошто дали им так близко подобраться?

— Люди не обижают людей. Вдруг они хотели просто сказать «Гав», — этот голосок явно пацанячий, незнаком. — Ну, а как арбалеты наводить стали, мы и вспомнили, что люди не обижают людей.

— А Максютка с вами? — Ивану просто интересно.

— Нет, он ещё маловат для серьезной охоты.

— Сам ты, Герка, маловат, — вот, это точно Максютка.

— Дурак, тебе же попадёт, — опять Нютка.

Бесплотные тени выволакивают к костру четыре тела, извивающиеся в судороге, которую хочется назвать предсмертной. Серьёзный токсин у ребятишек в этих самых, «харькачках». В тенях опознаются возницы и Славка. В телах опознаются «соотечественники» — те самые ребята, которых в своё время не до конца прибили возмущенные бандитским произволом мужики. До Ивана доходит, что вокруг их тихого лагеря и спокойной ночной беседы «за жизнь» было раскинуто кольцо секретов из «волчат». И откуда там взялись спящие сном младенцев намаявшиеся в дальней дороге путники?

Славка, впрочем, быстренько отходит к местам, где спят Рипа и Галина и возвращается обратно. — Всё в прядке. Не разбудили.

А Иван думает дальше. Волчата прозвучали, но «нейтрализованных» притащили спящие. И кто же сегодня так спит, что их даже не разбудили? Рипа и Галина? Как-то картинка не складывается. Противоречие, однако. Эти женщины не производят впечатления… а какое впечатление они производят?

Совсем запутался.

— Слав, эти парни занимались грабежами, когда мы только прибыли сюда. Потом их вытурили, и они ни в чём предосудительном не замечались, — Генка в то время еще был в окрестностях «базового» лагеря. Всё видел своими глазами.

— Миш, я с настоящими врагами как обращаться, только в кино видел, — Славкин голос. — Что кончать нужно, вроде из всех источников следует однозначно. Но сперва их иногда мучают, и спрашивают, где находится штаб.

— Да, мне тоже так говорили, — лейтенант чешет затылок. — Но тогда генетический материал пропадёт. Ты представляешь себе, что нам за это Док открутит. Хотя, тебе большее количество раз.

— Не хотелось бы, — теперь чешет затылок Славка, — что открутит, то фиг с ним, а вот про генетический материал, это печально.