Читаем Странные умники полностью

Помните, Иван Федорович, я обращал особенное внимание на то, что не Сам Христос, а Святой Дух возвел Его в пустыню. Отсюда сделал вывод, что искушение для всех неизбежно и что не искушаться, не допытываться вовсе невозможно. Так вот, я утверждаю, что первый грех Востока, то есть византийского православия заключался в том, что оно, на Вселенских соборах утвердив правила движения к Тайне Христовой, оградив Ее совершеннейшим догматическим пониманием и вместе с тем ничуть не сковывая человеческий дух, к Тайне стремящийся, а богодухновенным богословием лишь подкрепляя и направляя это стремление, с определенного исторического момента… Как бы это доступнее выразить?.. Утвердившись на вершине храма, восточные последователя великих и святых отцов Церкви из ревностной осторожности предложили и своей пастве и самим себе совсем не смотреть вверх, не искушаться вовсе, а стоять как бы зажмурившись, как Симеон Столпник стоял десятки лет на каменной жердочке и не искушался ни вверх воспарить, ни вниз сойти, в душе своей Тайну Божию интуитивно храня, но ни глазам, ни разуму не доверяя… «Поднимите глаза ваши к небесам и посмотрите на землю вниз…» (Ис. 51.4) – об этом совете пророка Исайи столпники, кажется, забыли.

Но кто не идет вверх, тот останавливается и так или иначе, рано или поздно начинает пренебрегать не только пророком Исайей, но и повелением Духа Святого, устами пророка глаголющего, и весь мир, все человечество призывающего к свободному, но непрерывному и неуклонному восхождению. Горе остановившемуся в этом богочеловеческом движении, ибо нет в нем места для покоя, для остановки и для перерыва, и всякий остановившийся на самом деле сползает вниз, словно на леднике оказывается; душа его замерзает, вера окостеневает от холода, а оттаивает уже в долине – ледник-то медленно сполз, побежали ручьи, ручьи превратились в реки, и вот понесло оледенелого в своей ревности столпника, принесло в долину, выкинуло на берег у императорского дворца, а столпник и не заметил. Он по-прежнему на горе Тайны себя представляет, хотя давно уже стоит у ступеней царской власти. И когда самоуглубление его закончится, когда завершится умозрительный его пост, и глянет он наверх, не примет ли он императора за Бога? Истинно святой человек не примет и не обманется. Но ведь не из одних святых людей состоит церковь православная.

Так, мне кажется, и случилось в византийском православии. От Люцифера очень берегли себя, да Веельзевул незаметно попутал. На Западе церковь сама устремилась к власти. На Востоке церковных иерархов словно селевым потоком смыло с монастырских высот и принесло на константинопольский императорский двор. На Западе обожествили папу, на Востоке – императора. Вот и вся, собственно, разница при сути единой, Веельзевуловой.

«Весь строй христианской Византии представляет собою непримиренное раздвоение; с одной, стороны, мы видим здесь церковь как носительницу божественной стихии и истины Христовой, а с другой, полуязыческое общество и государство, основанное на римском праве», – пишет Соловьев. Но сам же себе и противоречит чуть позже: «вселенские патриархи в Константинополе… только тень великого имени, ибо они находятся вполне в руках светской власти, которая по произволу возводит и низвергает их, так что в действительности верховное управление Византийской Церковью принадлежит и всецело императорам…» Где ж тут раздвоение, когда всецело и безраздельно принадлежит? И совсем уж любопытное признание: «Основная черта восточного монашества заключалась в решительном предпочтении созерцательной жизни перед деятельностью… Аскетизм, указывающий такое созерцание как высшую и безусловную цель жизни, выражает собою не христианское, а древневосточное, преимущественно индийское воззрение». И как после этого утверждать, что Восток, дескать, не подпал ни одному из трех искушений, когда кесарю подчинились, а в области Тайны докатились аж до древневосточного и даже индийского мировоззрений?!

Сатанизм и инквизиция тоже не замедлили явиться. Почитайте Михаила Пселла, казуистически трактующего о том, как дьявол совокупляется и оплодотворяет человеческих женщин. По свидетельству греческого историка Феофана, в одно царствование императрицы Феодоры были избиты более ста тысяч еретиков-павликиан. И почему-то особенно любили выкалывать глаза. Чтобы, если захочется вверх взглянуть, то и натурально нечем было?..