Фашист чуть не трясся от страха. Очень хорошо. В новом доме мозз чувствовал себя более чем комфортно. А кроме того, какой интересный экземпляр попался ему на этот раз! Еще никто из его носителей не был настолько одержим ненавистью к себе подобным и стремлением убивать. Для мозза это была в высшей степени удачная находка.

Ганс выбрался через окно на улицу и направился в сторону орущей вичухи. Он послушно крутил головой, давая моззу осматривать окружающий мир новыми глазами. А где-то глубоко, сжатый в крохотный комок и испытывая неописуемый ужас, прятался разум молодого фашиста, кормя поработителя своим страхом.

Они приблизились к летающей твари. Мембраны ее крыльев были разорваны, конечности — переломаны. Вичуха билась в каменной пыли обломков здания и истошно вопила, отпугивая видимых ей одной падальщиков. Завидев идущего к ней человека, она завопила еще сильней.

Ганс остановился. Потом оскалился, поднимая автомат, и нажал на спусковой крючок.

* * *

Прежде чем металлически лязгнувшая огромная створка отрезала их от мира людей, до слуха Сергея донеслась прощальная фраза одного из местных:

— Да вы что, на всю голову?..

И все. Гермоворота закрылись.

— Это уж точно, — проворчал Маломальский, мрачно глядя на поросший кустарником выход из вестибюля, в который еще пробивался гаснущий вечерний свет. — Какого хрена мы тут делаем, а?

— Страх нет, — ответил ему напарник и поднял указательный палец, прося этим жестом помолчать и дать прислушаться.

Сталкер поморщился и посмотрел на него. Интересно, сколько он продержится на поверхности без снаряжения?

Где-то вдалеке были слышны леденящие душу вопли, разносящиеся эхом над руинами города. Сергей знал, кто так орет. Вичуха. Что-то либо разозлило ее, либо потревожило. Но она была относительно далеко.

— Ты слышать? — Странник посмотрел на Сергея.

— Ага! — Маломальский нервно усмехнулся. — В переводе это означает: «Добро пожаловать в Москву». Ну, или: «Понаехали тут». Добрый знак. Чувствую, нас с тобой ожидает чудная прогулка.

Странник вздохнул и покачал головой.

И вдруг до их слуха донеслась автоматная очередь. Достаточно длинная, патронов на девять. Затем тишина. Ни вичухи, ни автомата. Только эхо шелестело над городом.

— Это он, — произнес Странник без тени сомнения в голосе. — Мозз.

— Зашибись! — отреагировал Маломальский. — У него теперь еще и автомат?

Напарник снова вздохнул и покачал головой. Затем жестом пригласил сталкера идти за ним и направился к выходу, авторитетно бросив через плечо:

— Не сцы.

Маломальский хмыкнул, поправил на себе рюкзак, пощупал на ноге разводной ключ и двинулся следом.

— Я тебя ненавижу. Это так, на всякий случай. Вдруг не успею потом сказать.

— Дебил дурку, — ответил Странник, не оборачиваясь.

Глава 9

Кровь

Мозз не знал радости или печали. Возможно, он просто еще не научился этому. Первую ему замещала положительная оценка благоприятных факторов и событий, а реакция на сумму негативных обстоятельств была сродни второй. Но если бы он умел радоваться, сейчас для этого был бы отличный повод. Новый экземпляр являлся кладезем тех качеств, что могли стать для мозза неоценимым подспорьем. Носитель был одержим ненавистью к другим и крайне агрессивен. Он считал себя лучше прочих — выше, сильней, достойнее. Он думал, что принадлежал к главенствующей расе, к расе господ. Какое поразительное сходство с сущностью мозза!

Более того, этот человек и раньше имел идола для преклонения, поэтому был хорошо подготовлен для нового господина. Прежний божок, кажется, вынашивал планы поработить человечество. Именно! Это было некое существо, именуемое «фюрер». Сведения о нем хранились в памяти носителя. В фюрера верил не только нынешний носитель мозза, но и некоторые другие люди. Они сами выбрали его и возвели в идолы, хотя он когда-то был таким же человеком, как и они. Мозз обсасывал образ фюрера в изнасилованном сознании Ганса и постигал сущность этого божка. Он видел: фюрер мечтает сделать своими рабами всех людей, и прежде всего — тот народ, которому обещает роль избранного. А еще фюрер тоже пришел к власти через страх.

Так, может быть, именно такие люди, как нынешний носитель мозза, согласятся уверовать в нечто, как в свое новое божество, преклониться перед ним? Мозза, как и фюрера, питает страх. Мозз, как и фюрер, стремится к господству над другими живыми тварями. Но фюрер — просто человек, недолговечная кукла из мяса, которая плохо подходит на роль бога.

А мозз будет вечен.

Да, такие люди, как нынешний носитель, думающие так же, как он, словно нарочно созданы для того, чтобы исполнять волю мозза и помогать ему. Мозз нашел то, что искал. Корм. Стадо.

Ганс широко улыбнулся.