Я шагнула из платья и тут же надела ночную рубашку, а Винельда пошла вешать платье в шкаф. Мне не слишком хотелось вспоминать случившееся за обедом, но я знала: горничная не успокоится до тех пор, пока не вызнает все подробности.

– Ну, все это началось еще несколько лет назад. Здесь погиб молодой человек, и мисс Ван Аллен написала об этом книгу.

– Да. «Жертва зимы», – бросила Винельда через плечо.

Я удивилась и обернулась к ней:

– Так ты знаешь эту книгу?

– Конечно, мадам. Одна из моих любимых. Я еще совсем молоденькой была, когда ее напечатали, но помню, какой тогда разразился скандал. Матушка сказала, что мне не следует такое читать, ну и естественно, мне стало еще любопытнее. И все мои подружки, и я купили по книжке. Скажу вам по секрету, я не раз краснела, читая, что там понаписано.

– А мне тогда и в голову не пришло раздобыть один экземпляр, – задумчиво произнесла я. – Очень кстати пришлась бы сейчас эта книга.

– Так вы можете почитать мою, мадам, – тут же предложила Винельда.

Я подняла на нее глаза:

– Она у тебя с собой?

– Да. Вот тут. – Она подошла к креслу, в котором сидела, и взяла ту самую книгу, за чтением которой я ее застала.

– Твоя запасливость, Винельда, не перестает меня удивлять.

– Ничего удивительного. Я узнала, что мы едем в Лайонсгейт, вот и захватила ее с собой. Подумала, может, узнаю места, описанные в книге. Не знаю, не уверена, но мне кажется, именно в этой спальне разыгралась сцена, когда…

– Да, спасибо тебе, Винельда, – перебила я ее.

Она сделала книксен.

– Всегда рада помочь. И еще думаю, книжка вам понравится. Там есть одна ужасно скандальная сцена, где…

Слава богу, подробностей я не услышала, потому что тут в спальню вошел Майло.

– Вам что-нибудь еще нужно, мадам? – спросила Винельда и положила роман на стол.

– Нет. Спасибо тебе, Винельда. И отдельное спасибо за книгу.

– Да не за что. Доброй ночи, мадам. И вам, мистер Эймс.

Она вышла и затворила за собой дверь. Я обернулась к мужу:

– Мне весь вечер так хотелось остаться с тобой наедине.

– Ради этих слов я готов вечно тебя терпеть, – шутливо произнес Майло и притянул меня к себе.

– Я вовсе не это имела в виду.

– Как бы там ни было, но я уже сообщил Парксу, что сегодня он мне больше не нужен. А ты избавилась от Винельды…

– А что ты скажешь о том, что случилось за обедом?

– А кожа у тебя, милая, просто ледяная, – отметил он, поглаживая теплыми руками мои плечи.

– Да, здесь в доме очень холодно, – рассеянно отозвалась я. – Как думаешь, о чем собирается писать мисс Ван Аллен?

Майло вздохнул и отпустил меня.

– Не имею ни малейшего понятия. Мне как-то все равно.

– Там, должно быть, нечто такое, что утаивал от всех остальных Реджи. В какой-то момент показалось, что дело дойдет до драки.

– И ты, конечно же, наслаждалась всем этим, – заметил он, развязывая галстук и вынимая из манжет запонки. – Я хоть и сидел на другом конце стола, но физически ощущал исходящее от тебя волнение.

– Что за глупости! Просто чувствовала себя не в своей тарелке.

Он улыбнулся:

– И тем не менее тебе было страшно интересно, верно? – Майло избавил меня от необходимости отрицать это утверждение, пройдя в соседнюю комнату и оставив дверь открытой.

– Изабель всегда нравилось устраивать скандалы, – послышался оттуда его голос. – Думаю, она привыкла загребать жар чужими руками и накалять обстановку в надежде накопать материал на новый роман, который принесет хороший доход.

– Нет, думаю, за этим стоит нечто большее. У нее есть тайна, которую она до сих пор хранила от всех.

– В тебе снова проснулись охотничьи инстинкты.

Мой инстинкт подсказывал, что следует проигнорировать это клеветническое утверждение. Майло может говорить и думать что угодно, но я не раз убеждалась: чутье меня обычно не подводит.

И вот я стала перебирать в памяти события этого вечера. Что именно вызвало у меня беспокойство? Ну, разумеется, сцена за обедом получилось малоприятная, но волновало меня совсем не это. Нечто другое, куда более необычное.

А потом я вдруг вспомнила.

– Мистер Робертс сказал сегодня одну очень странную вещь, – заметила я. – Сказал, что может и не вернуться домой, никогда. Что, по-твоему, заставило его так думать?

Майло в пижаме и халате снова вошел в мою комнату.

– Возможно, вообразил, что ночью Изабель высосет из него всю кровь и он умрет.

Я улыбнулась:

– Как-то несправедливо, тебе не кажется?

– Ну разве что несправедливо по отношению к вампирам.

– Но у меня создалось впечатление, что здесь происходит нечто нехорошее…

– Может, ты и права, дорогая, только я не понимаю, какое это имеет отношение к нам.

Я вздохнула. Возможно, Майло прав. Возможно, я выискиваю опасность там, где ее нет. Как бы там ни было, пока тут сделать ничего невозможно.

Я залезла в постель и тут же пожалела об этом.

– Только вампир может вынесли прикосновение этих простыней, – заметила я. – Холодные как лед.

– Тогда позволь мне согреть тебя. – Майло сбросил халат, откинул одеяла и нырнул в постель.

Потом притянул меня к себе, и вскоре я и впрямь согрелась.

Глава 5