Читаем Страх полностью

Это было вполне исполнимо и могло сработать быстро и хорошо. Николя хотел в это верить.

— При малейшем подозрении или сомнении немедленно созваниваться. По мере возможности проверяем алиби на месте и не контактируем с потенциальными подозреваемыми, если они отсутствуют, чтобы не встревожить нашего КП. Все готовы? Тогда удачи.

Через минуту они разделились.

Николя оставил за собой Кристофа Пуарье, того, кто был в полицейской базе данных за нападение. Так что он сразу направился в отделение физической реабилитации инвалидов и задал вопрос в регистратуре. Удостоверение криминальной полиции (набережная Орфевр, 36) немедленно открывало все двери. Поэтому через пять минут его направили к начальнику отделения. Не повезло, Пуарье уже пятнадцать дней находится в отпуске и должен вернуться только на следующей неделе.

— Я знаю, что он забронировал себе съемное жилье дней на десять где-то на юге, — сказал начальник, — но не могу вам сказать, в начале или в конце отпуска. Хотите, я попытаюсь с ним связаться?

— Нет, лучше не надо.

Врач сообщил, что Пуарье проживает в нескольких километрах от Орлеана и, насколько ему помнится, не носит обручального кольца. Хороший работник, серьезный, без особых проблем.

Да, он имеет доступ к служебным компьютерам, как и многие тут. Да, он работает также по ночам, у него скользящий график. Николя достал фотографию отрезанной головы (у Люси, Жака и Паскаля тоже имелись свои копии) и показал врачу.

— Как по-вашему, способен он сделать подобное?

Тот сглотнул слюну и замотал головой:

— Ни за что в жизни. Да я и не понимаю, как бы он смог…

И все в таком духе. Николя задал ему еще несколько вопросов, но в конце концов оставил его в покое. Из этого типа больше ничего нельзя было вытянуть.

Плохое начало.

Однако продолжение для капитана полиции оказалось удачнее. Из семи оставшихся работников — он оставил себе сначала восьмерых — четверо явились на службу вовремя, имели алиби на вчерашний вечер, которые Белланже смог проверить довольно быстро, и не проявляли никакой особой нервозности. Двое других на весь отпуск уехали с семьями за границу, а последний мало того что тоже был в отпуске, так еще и значился инвалидом и не мог передвигаться без костыля.

Решительно из этих восьмерых только Кристоф Пуарье представлял интерес.

Около полудня четверо полицейских собрались возле своих машин. Результат забега: ни один из подозреваемых, кому надлежало явиться в понедельник утром на работу, не пренебрег перекличкой. После первого тура оставалась неуверенность насчет четверых отпускников, поскольку было неизвестно, чем те занимались во время отдыха. Однако полицейские располагали их домашними адресами.

— Отлично, — сказал Николя, разворачивая карту на капоте машины Люси. — Все четверо живут неподалеку. Тот, кого мы ищем, наверняка один из них и готов психануть. Предлагаю действовать группой, чтобы избежать всякого риска. Начинаем с Пуарье.

— Предполагаю, что у нас по-прежнему нет судебного поручения? — спросил Левалуа.

— По-прежнему. И я должен вам сказать, что мне недавно звонил Ламордье, когда увидел, что в общем зале пусто. Он прямо булькает, так раскипятился, только что не взорвался. Так вы со мной или нет?

— Мы с тобой, — сказал Робийяр.

Люси сразу же согласилась, но для Жака Левалуа это было труднее, хотя он в конце концов тоже примкнул к группе. Они отправились во Флёри-лез-Обре. Кристоф Пуарье обитал в маленьком домике в центре города. Прямоугольный фасад, зажатый между парикмахерской и чьим-то другим владением, старые окна, ноздреватый кирпич. Николя Белланже постучал в дверь. У него в горле застрял комок. Его сопровождал Жак Левалуа, а Робийяр и Люси Энебель остались немного позади, в нескольких метрах от них и держались начеку.

Открыла молодая женщина. Очень загорелая, лет, наверное, двадцати пяти. Николя показал свое удостоверение, держа другую руку поближе к рукоятке своего оружия.

— Национальная полиция…

Из-за ее спины появился мужчина в пижаме и с загипсованной рукой.

— Полиция? А что случилось?

Николя посмотрел на руку в белесой колодке, испещренной мелкими рисунками. Вся его уверенность улетучилась в мгновение ока. Он сразу же понял, что взял неверный след.

— Мы хотели бы задать вам несколько вопросов, — сказал он все-таки.

Кристоф Пуарье заметил поодаль Левалуа и двух других полицейских:

— Что-то серьезное?

— Мы ведем расследование, связанное с орлеанским РБЦ, ищем одного подозреваемого. Вы не подскажете, когда вам наложили гипс?

Женщина его опередила.

— В прошлый понедельник мы поехали кататься в горы на внедорожных велосипедах, — пояснила она. — Спуск со стороны Серр-Понсона. Кристоф упал и сломал запястье, хотя все могло окончиться гораздо серьезнее. Вернулись мы вчера, но гипс он носит со вторника.

— А нельзя ли взглянуть на медицинские документы, которые удостоверяют повреждение? И больше мы вас не задержим.

Она принесла требуемую справку. В глубине души Николя был разочарован. Что касается Люси, то она вздохнула, когда они подошли к своим машинам.