Читаем Стормберги полностью

Свадьба получилась роскошная. На невесте было платье цвета слоновой кости из натурального шелка, на женихе фрак: такие наряды в Мессауре встречались нечасто.

Карин была свидетельницей со стороны невесты, Карл – свидетелем со стороны жениха. Отмечали в Народном доме – бурное веселье продолжалось далеко за полночь, но внезапно прервалось, когда явился Большой Нильс Лонгстрём, ночной сторож, и отключил свет во всем здании.

На болоте Кальмюрен созревала морошка.

Однажды в выходные они поехали собирать ягоды – с ведрами, палаткой и спальными мешками. Уже к вечеру субботы они наполнили несколько ведер, которые поставили в ряд между палатками.

Ночью пришел медведь и перевернул все ведра.

Свободными вечерами парни обсуждали железный занавес, холодную войну и гонку вооружений. Для Карин в этом не было ничего нового, ей прекрасно помнилось грибовидные облако над Стентрэском, но такие разговоры заставили ее внимательнее читать газеты во время перерыва. Тревога по поводу советской угрозы. Дискуссии о том, стоит ли Швеции и Финляндии вместе вступать в оборонительный союз – НАТО. Президент Кекконен отправился обсуждать этот вопрос в США, а вернувшись, заявил: «Цель моей жизни заключается в том, чтобы реализовать политику нейтралитета Финляндии. Если я потерплю неудачу в выполнении этой задачи, то добровольно уступлю этот пост тому, кто справится с этим лучше меня».

Вечера становились темнее, воздух холоднее. Карин чистила картошку и мыла тарелки. Иногда они вместе с Карлом пели на танцах в Народном доме: «Hit the road, Jack, and don’t you come back any more». После школы Карин продолжила учиться заочно, закончила курсы английского и умела правильно произносить все слова. «I’m gonna knock on your door, ring on your bell. Who put the bomp in the bomp, bomp, bomp…»

Обсерватория в Кируне зарегистрировала еще один ядерный взрыв в атмосфере, произведенный Советским Союзом: сейсмограф начертил кривую, перекрывающую весь спектр. Это означало, что взрыв произошел на высоте в двадцать миль. Куда делось пылевое облако, никто не знал – вероятно, оно настолько распылилось в атмосфере, что радиоактивные частицы не грозили выпасть именно на Швецию. По крайней мере, союз гражданской обороны анонсировал лекцию «Испытания ядерного оружия и их последствия». Выступали полковник Гуннар Хенриксон и главный врач уезда Юхан Хенрикссон. Судя по всему, они не были родственниками – фамилии у них писались по-разному. Приглашались широкие слои общественности, вход бесплатный.

Карин продолжала листать газеты.

Новый «Форд Консул» с дисковыми тормозами стоил 8990 крон, однако это без налога с оборота и стоимости доставки.

Гуниллу Брунстрём, девушку из Будена, выбрали «Мисс Фестис 1961», о ней говорили, что она «жуть как хороша». Она гордо смотрела в объектив фотоаппарата – ведь участницы конкурса приехали со всего Норрботтена. А вот в борьбе за звание Люсии [6] Норрботтена победила кандидатка номер 8, Ингегерд Крук из Каликса. Рядом располагалась заметка о вдове, которая поскользнулась, попала под автобус и погибла.

А потом солнце ушло за горизонт, наступила полярная ночь. Синий час казался таким невероятно синим. В самый короткий день года, когда и дня как такового не было, Карл и Карин шли в темноте по улице в сторону рабочих бараков. Они были в толстых варежках и крепко держались за руки, с каждым выдохом вокруг лица танцевали белые эльфы. Внезапно Карл остановился посреди дороги, Карин удивленно повернулась к нему.

– Давай поженимся, – сказал Карл. – Прямо сейчас.

Она рассмеялась, он крепко обнял ее, положив ладони ей на поясницу. Между ног у нее запульсировало. Она уткнулась носом ему в шею, от него пахло одеколоном и шерстяным шарфом.

– Давай, если хочешь, – ответила она. – Пойдем к пастору прямо сейчас?

Он поцеловал ее, глубоко и страстно, его язык скользнул по ее зубам.

– Прямо сейчас.

Летом ей должно было исполниться пятнадцать.

– А колечко? – спросила она. – Где же оно?

Он стянул с нее варежку, взял прядь ее волос и накрутил ей на безымянный палец левой руки.

– Золото и бриллианты, – сказал он.

– Нам придется сперва получить разрешение, – ответила она и посмотрела на звезды. С Северного Ледовитого океана прилетело северное сияние и разлилось по всему небу. Взгляд Карин упал на табличку с названием улицы, где они остановились. Баквеген.

– Отец может заупрямиться, – проговорил Карл. – А мне до совершеннолетия еще три года.

– Он у тебя такой добрый, – сказала Карин. – Наверняка согласится.

«Вот с тетушкой Агнес все будет похуже», – подумала она, но вслух ничего не сказала.

– Я хочу быть с тобой навсегда, – сказал Карл.

Звучали рождественские песни. Вся семья Стормбергов отмечала Рождество в квартире Агнес на Кварндаммсвеген в Стентрэске – помимо Карин собрались все три брата, Густав, Турд и Эрлинг, а также коллега Густава Ларс-Ивар Пеккари, который происходил из Тэрендё, и родни у него в этих местах не было.