Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

запно передумала, решив, что за этот час, проведенный наедине, сможет на-

конец поставить все точки над «i».

Супруги ушли уже в тот момент, когда на землю стремительно накаты-

вался пряный крымский вечер. Сергей зажег лампу над столом и, внезапно

осознав, что остался один на один с Софией, испугался. Он не мог понять,

чего он боится, но язык окончательно и бесповоротно присох к гортани, и по-

трясенный этим, Шадрин молча плюхнулся на стул и в напряжении замер.

– Сереженька, ну что ты молчишь?

София села даже не напротив него, а рядом, закинув красивые ноги одна

на другую, и края ее сарафана легли на колени офицера.

– Давай выпьем за нашу встречу!

Рука девушки легла на ладонь Сергея, и он заметно вздрогнув, попытал-

ся ее убрать. София нервно скривилась, но, взяв себя в руки, налила по бо-

калу вина и протянула Сергею. Он молча взял.

– За то, что мы в конце концов встретились… За тебя, Сережа…

Звякнули бокалы, и на миг показалось, что и Сергей, и София потяну-

лись друг к другу, но Сергей неожиданно залпом опрокинул бокал в рот,

и встал.

– Я… я… Сейчас сигареты возьму…

И тут Софию прорвало.

– Послушай, ты… Военный здоровенный! Ты что, и правда ребенок, или

как? Сереженька… Да что же это такое-то?! Ты же за весь вечер трех слов

не сказал! Я, как дурочка… Сейчас приедет… Вот он… Не такой, как все… це-

лый год над твоими письмами… Да пропади все пропадом! Ну и сиди здесь,

бирюк недоделанный… Хотя бы… Ай… Я ухожу домой! Так Катьке и передай!

Что ты, что она, да и я дура полнейшая… Сказку выдумала сама себе!

Она подхватила сумочку и решительно развернулась к воротам дачи.

И тут Шадрин осознал, что если сейчас, в этот самый миг, он не остано-

вит эту красивую и желанную девушку, то вряд ли больше ее увидит, и что

надо что-то делать. Взгляд его упал на бочку с водой, на которой стоял вну-

шительный кувшин, судя по всему, наполненный доверху.

– Софья! Подожди, я…

432

Часть вторая. Прощальный полет баклана

Он шагнул с крыльца и как бы случайно, в размахе, задел рукой кувшин,

который целиком и полностью плесканул на остановившуюся из-за его кри-

ка Софию. Та ахнула. Трехлитровый сосуд точнехонько и прицельно, не за-

дев ее, пронесся мимо, а вот все его содержимое так же аккуратно вылилось

на белоснежный сарафан девушки. Он был до того тонок, что мгновенно об-

лепил чудную фигурку онемевшей Софии и рельефно проявил сквозь невесо-

мый материал и красивую грудь, с небольшими темными сосками, и тонкую

талию, и дивные породистые ноги наследницы греческих переселенцев.

– Олух! Медведь безрукий! Откуда ты свалился на мою голову?! Гово-

рила мама, держись подальше от голландеров! Отвернись! Отвернись сей-

час же! Господи, связалась же… Ой…

София, размахнувшись со всей силы, заехала сумочкой в плечо Ша-

дрину.

– Отойди! Уйди, ради бога!

Она влетела в домик и захлопнула за собой дверь.

– Не заходи!

Сергей присел на стул и, вздохнув, налил полный стакан вина. Он уже

понял, что своей дуростью испортил все, что только возможно, и теперь оста-

лось только выслушать до конца, то, что о нем думает София, и попрощать-

ся. Сергей залпом опрокинул стакан и закурил.

– Эй! Ромео!

Дверь распахнулась. В проеме стояла укутанная в простыню София,

и протягивала Сергею мокрый сарафан.

– Повесь… Рядом тут… Пусть сохнет.

Сергей молча взял сарафан и повесил на одну из веревок, висящих

во дворе.

– Господи… Ну что же ты такой дундук-то… Бестолковый… Или у тебя

всегда так с девушками, а? А может, ты просто… У тебя хоть когда-нибудь

была девушка-то? Или у вас там, на Волге, только сети и удочки в почете?

Да… Повезло мне… Слов нет… Скорее бы сарафан высох, пока последний

автобус не ушел… Ты…

София говорила и говорила, выплескивая все накипевшее за вечер, да

и, наверное, за целый бестолковый год, а Сергей угрюмо дымил сигареты,

одну за одной, принимая все слова как справедливую кару за собственную

дурость и беспомощность.

– Молчишь? Ну и молчи тут один! Позовешь, когда высохнет! Думаю,

в такую жару минут за десять готово будет!

Она хлопнула дверью, и Сергей снова остался один во дворе. Было уже

темно, на землю опустилась крымская ночь. Где-то трещали цикады, где-то сме-

ялись и играла музыка, а Сергей все сидел и сидел, раз за разом опрокидывая

бокалы с вином, которое, к сожалению, совершенно его не брало. На улице

и вправду было жарко: до Максимки, где находилась дача, не долетал освежа-

ющий ветер с глади Черного моря, и воздух остывал неспешно и лениво.

– Ау! Ромео… Как там мой наряд?

Сергей очнулся от дум. София кричала из комнаты, даже не пытаясь

подойти к двери.

– Сейчас…

Он встал и подошел к висящему сарафану. Он был уже практически сух.

Но Шадрину так не хотелось ее отпускать! Он знал, что если сейчас отдаст ей

платье, то вряд ли снова ее увидит, а так хотелось все же набраться потеряв-

433

П. Ефремов. Стоп дуть!

шейся где-то смелости и сказать ей, что она самая лучшая и самая красивая

девушка на свете и что она ему нужна, такая как есть, вся и навсегда. Сергей

оглянулся, нашел глазами злополучный кувшин, наполнил его водой из сто-