Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

такой финт практически не под силу, а вот мичман рапорт настрочил, и гля-

дишь, вечером механик, а утром уже связист. Поразмыслив, Владимир Ива-

нович остановил свой выбор на ракетной боевой части. В перерывах между

войнами ракетчики заботливо мыли и чистили свои отсеки, протирали пыль,

и совершенствовали теоретические знания. А так как ближайшая война за-

кончилась давно, учебные стрельбы становились все реже, а новые войны

пока не намечались, то ракетчики добросовестно стояли на вахтах и имити-

ровали безумную занятость. В особенности мичманы и матросы.

Что-что, а создавать видимость работы Мирчу научился давно. Сказано-

сделано. Переход из одной ипостаси в другую прошел гладко, и вскорости

Мирчу единовластно командовал отдельной выгородкой в 4-м отсеке, рас-

полагая ко всему прочему огромным объемом свободного времени. Времена

продувания гальюнов, многочасовых поисков протечек гидравлики и поте-

рявшихся тонн воды канули в Лету. Теперь на вахте Мирчу, болтая ногами,

записывал каждые полчаса показания трех приборов в вахтенный журнал

и жалел, что не знал такой службы раньше.

Разительная смена образа жизни быстро развратила добросовестного

мичмана. Вскорости он перетащил матрас из каюты в выгородку и стал там

жить. Это запрещалось официально, но практически не возбранялось. Лучше

спать и жить на боевом посту, чем не прибегать на него по боевой тревоге.

Результаты такой вальяжной жизни не заставили себя ждать. За счи-

танные месяцы худосочный мичман превратился в монстра весом за цент-

нер. Народ поражался Вовиным метаморфозам, Вова же был спокоен, как

мрамор, и в ус не дул. Маленькие служебные обязанности порождают дефи-

цит занятости. В его и без того не отягощенном доселе мозгу безделье проби-

ло еще более зияющую пустоту. Отоспавшись за первые два месяца на всю

оставшуюся жизнь, мичман начал искать занятие по душе. Совершенно слу-

чайно Владимир Иванович обнаружил абсолютно неисследованную им об-

ласть: книги. До этого литературные познания Владимира Ивановича огра-

ничивались ежевечерним прочтением телевизионных программ и, по необ-

ходимости, инструкций по обслуживанию механизмов, не считая, конечно,

изучения азбуки в школе. Такой вопиющий пробел «зацепил» Володю, и со-

281

П. Ефремов. Стоп дуть!

рокалетний мичман с телесами борца сумо взахлеб начал загружать свои

мозговые извилины информацией. Причем совершенно бессистемно, той,

что на глаза попадется.

Покупать книги практичный мичман считал ничем не оправданным бар-

ством, и в целях экономии подбирал любые клочки бумаги с буквами, при-

годные для чтения. Время шло. Словарный запас молчаливого до того мич-

мана заметно вырос. Фразы вроде «…я сегодня с апломбом, как никогда…»,

«…я что, параноидальный альтруист…», или «…моя концепция – приборка

до полной чистоты…» уже не вызывали тревогу корабельного доктора. Все

привыкли и не удивлялись. И вот однажды корабельный книжный развал

подкинул ему знаменитого Поля Брэгга, с его не менее знаменитым «Чудом

голодания». Вот тут-то и наступил очередной перелом в жизни любознатель-

ного мичмана. Идеи Брэгга, помноженные на деятельную натуру Владими-

ра Ивановича, разительно изменили его жизнь. Свою роль сыграло и то, что

в последнее время жена стала частенько выражать недовольство животом

мужа и сократила ночной доступ к своему телу, с элементарной мотивацией:

мне тяжело. Вот этого-то Владимир Иванович вынести никак не мог!

И закипела работа. Уже через месяц благородное название «выгородка

“Снегиря”» людская молва переиначила на «Мирчеву сральню», да простит-

ся мне это выражение. Бесчисленные клизмы, месячные голодания, ведра

с водой, да еще легкие обмороки на первой стадии стали для Мирчу делом

естественным и даже любимым. На этом этапе все радости бытия Владимира

Ивановича трансформировались в кружку Эсмарха. На мой взгляд, все это

напоминало скрыто-изощренную форму садомазохизма. Удивительнее все-

го то, что не прошло и года, как Владимир Иванович стал худее, чем прежде.

Достигнутые успехи его не остановили, клизмоманию он не оставил и каж-

дые полгода постился, перемежая клизмы гантелями и запивая все дела те-

плой кипяченой водичкой по инструкции Брэгга. И был счастлив. Мирские

утехи Володя тоже не забывал и в перерывах между издевательствами над

организмом баловался и алкоголем, и другими «вредными» продуктами. От-

кровения Брэгга Мирчу посчитал пиком самообразования и перешел исклю-

чительно на детективы, правда, перелистывая изредка свою настольную «Би-

блию прямой кишки».

В тот раз, как и всегда, выход в море планировали задолго, а получилось

экспромтом. Еще утром ничего не предвещало неожиданностей, а на после-

обеденное построение прискакал взмыленный командир и спел арию о за-

втрашнем вводе. Народ приуныл. Пора шла осенняя, семьи возвращались

с югов, надо было встречать, готовиться и все такое. А тут на тебе! На две

недели раньше. Утром следующего дня затаренный сигаретами и прочим по-

ходными пожитками экипаж сел на корабль. Оперативно завели установку

и стали ждать сигнала. Не тут-то было! В головах флотских лаперузов зам-