Читаем Stop (maket - 2).indd полностью

деле нанесения наколок, которые всегда были популярны среди личного

состава. Считалось особенным шиком вернуться после трех лет службы

на Северном флоте и щегольнуть где-то на пляже монументальной кар-

тиной на левом плече, из которой сразу становилось ясно, где, на чем

и сколько прослужил этот храбрый парень. Кожа у свиного семейства

оказалась абсолютно идентичной человеческой, с той лишь разницей,

что спавшая свинья просто не чувствовала уколов, позволяя шлифовать

мастерство флотского татуажа до бесконечности. С тех пор шкура оби-

тателей свинарника начала покрываться изображениями флагов, кора-

блей, якорей, русалок и прочих атрибутов флотской жизни, и вечерами

матросы, восседая над свиноматками, заостренной струной разукраши-

вали свиные бока разнообразнейшими рисунками.

И вот однажды в гарнизон прибыла проверка, да не простая, а из Шта-

ба тыла Вооруженных сил страны. Командование, естественно, зна-

ло об этом заранее, готовилось, да и опасалось этой проверки, навер-

ное, больше других. Сухопутные тыловики всегда были неравнодушны

к военно-морскому флоту с его привилегиям, поэтому в военно-морских

частях зверствовали особенно изощренно, выискивая замечания даже

там, где нормальному человеку и не снилось. И вот командование гар-

низона наряду с наведением порядка решило поразить столичных про-

веряющих заботой о желудках личного состава, для чего была дана ко-

манда начальнику свинарника забить пару совершеннолетних поросят,

и все мясо пустить в котлы берегового камбуза личного состава, как раз

в день прибытия высоких гостей. Приказ был незамедлительно выпол-

нен, и на камбуз поступила куча парного мяса, которое под строгим кон-

тролем было отправлено на приготовление первых и вторых блюд.

Когда наступил кульминационный момент проверки, в варочном цеху

все было на высшем уровне. Цех был отдраен, выкрашен и вычищен

272

Часть вторая. Прощальный полет баклана

до состояния хирургической операционной, а все коки и камбузный на-

ряд щеголяли в белоснежных, хрустящих от крахмала халатах. Щеголе-

ватый сухопутный полковник, поскрипывая сапогами, в окружении со-

провождающих лиц из числа тыловиков дивизии, стремительно ворвал-

ся в варочный цех, попутно указывая на всевозможные мелкие недочеты

и огрехи. Видимо, состояние цеха было практически образцовым, при-

драться было не к чему, и тогда полковник решил проверить содержание

котлов, нормы закладки продуктов и качество приготовляемой пищи. По-

просту говоря, снять пробу. Ему сразу старательно и подобострастно под-

несли тарелку и ложку, и полковник скомандовал коку:

– Первое на пробу!

Кок-азербайджанец, по случаю проверки побритый и даже относительно

чистый, торжественно открыл крышку котла и помешав черпаком содер-

жимое, подцепил где-то в глубине большой кусок мяса и извлек его на по-

верхность. В черпаке среди супа лежал внушительный кусок мяса, на ко-

тором сбоку, на коже, не срезанной ради навара, синел рисунок. На фоне

земного шара, обрамленного военно-морским флагом, распластался про-

филь подводного ракетоносца, украшенного якорями, ленточками и прочей

шелухой, а под всем этим стояла лаконичная подпись: «Коля. ДМБ-75».

Полковник, несмотря на принадлежность к упитанным тыловым служ-

бам, успел в своей карьере пройти и Вьетнам, и Анголу, но к такому все же

оказался категорически не готов. Тарелка выпала из его рук, и, подняв гла-

за, он дрожащим от ужаса голосом спросил у подобострастного кока:

– Что… Что это такое?

Кок, будучи истинным сыном хлебосольного азербайджанского наро-

да, улыбнулся во все свои тридцать два белоснежных зуба.

– Свежий совсем мясо… Только-только забили его… Хороший вкус-

ный мясо…

Все дальнейшее описывать и не стоит. Полковник в обморок не сва-

лился, хотя и был близок к этому. Проверку тылом дивизия, как ни стран-

но, прошла, но вот свинарник был временно закрыт. Говорят еще, когда

по старой русской традиции проверяющих пригласили на прощальный

ужин в адмиральский салон, шила потребили они немало, но тот пол-

ковник закусывал лишь копченой колбаской, к мясу почему-то совсем

не притрагивался…

О вожде пролетариата,

памятниках культуры и вещем слове

…личность характеризуется не только тем, что она

делает, но и тем, как она это делает…

Фридрих Энгельс

Маленькие города всегда и во все времена страдали комплексом непол-

ноценности. Того нет, этого не хватает. Все не как у людей. И любой градона-

чальник старается придать своему даже самому захудалому городишке чер-

273

П. Ефремов. Стоп дуть!

ты если не столицы, то, по крайней мере, цивилизованного города со всеми

его атрибутами. Что, в общем-то, похвально!

В наших городках все это было отдано (во всяком случае, раньше) везде-

сущим политорганам, главной культуропродвигающей силе флота. И полит-

органы старались. Ну какой это цивилизованный город без памятника Лени-

ну на центральной площади? Владимир Ильич крайне необходим! Его ведь

везде ставили. Но, бьюсь об заклад, таких вождей, как в отдаленных военно-