Читаем Столик на троих полностью

– Почему эти люди получились такими? Разве трава забывает расти, камни бросаются друг на друга, стирая в порошок? Цветы ленятся распускаться и цвести, а солнце отказывается светить? Или стадо диких коз, подходя к высокому обрыву, бросается головой вниз, не помня ни о чем? Почему, когда у них есть все – эти горы, и море, цветы на склонах, этот ветер и яркое солнце, звезды в ночи… когда у них, кроме тела, есть душа, есть способность любить, мыслить… Почему на ум им приходит лишь одно – стереть душу, все то, что на глубине ее таится, и жить только ради тела своего? Как просто… Хотя, здесь наверху все кажется – легко и просто. Но чего стоило этому человеку столько времени провести там внизу ОДНОМУ? Наверное, этого не понять никому, не измерить ничем… А, может быть, для того чтобы понять – нужно быть просто человеком?…

Облако поднялось до этого высокого этажа, и кафе растворилось в голубоватой дымке.

* * *

Мы не ангелы и не демоны. Мы не можем посмотреть сквозь облака и увидеть, что за ними скрывается. Перенестись через горы не можем и узнать, куда дойдет этот человек? Дойдет ли? Но мы можем взять у автора перо, перевернуть страницу, и на оставшемся, пока еще свободном клочке, на чистом листе бумаге, дописать еще несколько строк:

– Тебя выпустили? – этот голос возник ниоткуда, но был он совсем близко. Бетти стояла перед ним и держала за руку Сильвию, а в другой руке у нее было ведро, полное форели.

– Что с тобой? Что случилось? Ты весь в саже. Там был пожар? – удивилась она. Он молчал и не мог вымолвить ни слова.

– Они добрались и сюда? – вдруг поняла она. – Мы слышали грохот, подумали, что идет гроза и решили вернуться. Это были они?

Она долго ждала, пока он ответит.

– Жалко Лео, – только и смог вымолвить он…

– Это кто нас хоронит?

Зеленые густые кусты позади них раздвинулись и, совершенно черные от сажи, появились две фигуры. Черные, но знакомые до боли.

– Пока ты спасал своих, я успел вытащить ее! – радостно продолжал Лео. – Познакомьтесь, это Изабель. И у нас будет ребенок!.. Черт нас всех подери! – вдруг заорал он на всю долину. И эти горы теперь, зная об этом, передавали новость все дальше и дальше от вершины к вершине, от долины к бескрайнему морю, раскатистым эхом пролетая вдалеке.

– У нас будет ребенок! – продолжал кричать Лео…

– Мы знакомы, – сказала Беатрис, глядя на Изабель.

– И у нас, – она перевела взгляд на Виктора. – У нас тоже будет ребенок…

Он подошел, обнял ее, долго смотрел так и ничего не говорил, потом спросил:

– Что же мы будем делать?

Все замолчали, глядя вдаль, где открывалась горная долина.

– Рисовать картины и играть на рояле. Ловить форель и выращивать хлеб. Растить ваших маленьких детей и никогда не стрелять… Хорошо у меня получается? – это сказала Сильвия. Маленькая, но такая взрослая Сильвия, с голосом чудесного ребенка, и такой уже взрослой женщины, которую они никогда не слышали и не знали, как она умеет говорить…