Читаем Сто эпизодов полностью

Телефон. Снял трубку. Набрал семь цифр. Занято. Еще раз набрал те же самые семь цифр, вдруг там уже освободилось или может быть это было не занято, а просто не было соединения, опять занято, но короткие гудки начинаются не после паузы, как бывает, когда действительно занято, а сразу после набора седьмой цифры, а это обычно свидетельствует о том, что не занято, а просто соединение не проходит, набрал еще раз, опять то же самое, набрал еще раз, а вот теперь опять занято, но уже после паузы, значит, действительно занято, набрал тут же еще раз, вдруг там уже освободилось, нет, опять занято. Набрал восьмерку, гудок, набрал десять цифр. Аппарат абонента и так далее. Набрал семь цифр. Не занято. Длинные гудки. Много длинных гудков. Никто не подходит. Очень странно. Это же офис, как может в офисе никто не подходить, ведь давно рабочий день. Тем более, что только что было занято. Может быть, ошибся, не туда попал. Набрал семь цифр. Никто не подходит. Может быть, опять ошибся, хотя нельзя же ошибиться два раза подряд, можно, можно и десять раз подряд ошибиться, набрал восьмерку, гудок, набрал десять цифр. Аппарат абонента. Набрал семь цифр. Занято. А только что никто не подходил. Значит, либо тогда ошибся и не туда попал, либо там никого нет, и одновременно еще кто-то звонит, а может быть, просто из офиса все вышли в туалет или покурить или еще куда-нибудь, в магазин за едой или за водкой, может, они там что-нибудь отмечают, а сейчас вернулись и стали звонить по телефону. Набрал семь цифр. Занято. Набрал семь цифр. Занято. Значит, люди появились в офисе, потому что если бы это кто-нибудь просто одновременно пытался дозвониться, то он бы уже перестал, наверное, и линия бы освободилась, а может быть он тоже вот точно так же много раз подряд звонит, а там, в офисе, никого нет, набрал семь цифр, никто не подходит.

Вышел на балкон. На детскую площадку вернулся один из тех двух мальчиков. Теперь он неподвижно сидит на бортике песочницы. Какой-то мужик припарковал жигули у тротуара, открыл капот и чинит, чинит, чинит, или не чинит, а просто проверяет уровень масла или вот бывает водители открывают капот и просто смотрят туда, в глубь, в бездну, все ли там в порядке, все ли на месте в бездне, стоят и смотрят, смотрят.

Набрал семь цифр. Занято. Набрал восьмерку, гудок, набрал десять цифр. Никто не подходит. К мобильному телефону никто не подходит. Как такое возможно. Ведь он должен или в кармане лежать и зудеть там, или на шее на шнурке болтаться, или просто звонить или играть какую-нибудь изуверскую мелодию под ухом, как можно к нему не подойти, хотя можно, почему бы и нет, может быть, человек пошел в туалет и сидит там, не станешь же в туалет брать с собой телефон, или просто у него номер определился и он не хочет разговаривать, все бывает, или разговаривает одновременно по городскому телефону, или слушает оперу или смотрит кино или участвует в конференции и просто звонок отключил, все в жизни бывает, хотя какая на хрен опера, какая еще может быть опера, глупость какая, просто дикая, несусветная глупость, опера, ох.

Набрал семь цифр, занято, набрал семь цифр, занято, набрал семь цифр, занято, набрал семь цифр, занято, есть вообще-то механизм такой простой, кнопочка redial, можно просто ее нажимать и не набирать каждый раз семь цифр, но лучше набирать, а то если неправильно набрать, то будешь потом все время по неправильному номеру дозваниваться, набрал семь цифр, занято, набрал семь цифр, занято, набрал семь цифр, не занято, длинные гудки и человеческий голос, человеческий голос, надо же, человеческий голос.

Михаил Александрович? Извините, а можно попросить Михаила Александровича? А когда он будет? А я звонил только что, а у вас никто не подходил. Странно. Ну ладно, может, не туда попадал. А он давно вышел? А. Да нет, ничего, спасибо, я ему позже перезвоню, спасибо, всего доброго.

Набрал восьмерку, гудок, набрал десять цифр.

Здравствуйте, это Николай? Добрый день, Николай. Да, это я. Я вам могу куда-нибудь по городскому перезвонить? Да, сейчас перезвоню.

Набрал семь цифр. Занято. Набрал семь цифр. Занято. Набрал семь цифр. Занято. Набрал семь цифр. Занято. Зачем просить перезвонить по телефону, который занят. Набрал семь цифр. Занято. Может, на мобильный перезвонить. Набрал семь цифр. Занято. Набрал восьмерку, гудок, набрал десять цифр.

Здравствуйте еще раз, что-то у вас там занято. А. Через сколько? Ну, как у вас там освободиться, вы мне позвоните, я дома. Да, хорошо, буду ждать.

Надо бы почту проверить, но телефон нельзя занимать, сейчас он должен позвонить. Воды попить.

На кухню. Налил в кружку воды, выпил. Открыл холодильник. Не осталось ли глазированных сырков? Глазированных сырков не осталось. Зато есть майонез. Надо будет попозже чего-нибудь поесть, потом.

Налил в кружку воды, выпил.

В коридоре толпится определенное количество обуви. Топорщится на вешалке одежда. Одежда и обувь. Еда и питье. Хлеб и соль.

Что-то не звонит. Не звонит. Звонит.

Перейти на страницу:

Все книги серии Новая проза

Большие и маленькие
Большие и маленькие

Рассказы букеровского лауреата Дениса Гуцко – яркая смесь юмора, иронии и пронзительных размышлений о человеческих отношениях, которые порой складываются парадоксальным образом. На что способна женщина, которая сквозь годы любит мужа своей сестры? Что ждет девочку, сбежавшую из дома к давно ушедшему из семьи отцу? О чем мечтает маленький ребенок неудавшегося писателя, играя с отцом на детской площадке?Начиная любить и жалеть одного героя, внезапно понимаешь, что жертва вовсе не он, а совсем другой, казавшийся палачом… автор постоянно переворачивает с ног на голову привычные поведенческие модели, заставляя нас лучше понимать мотивы чужих поступков и не обманываться насчет даже самых близких людей…

Денис Николаевич Гуцко , Михаил Сергеевич Максимов

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Записки гробокопателя
Записки гробокопателя

Несколько слов об авторе:Когда в советские времена критики называли Сергея Каледина «очернителем» и «гробокопателем», они и не подозревали, что в последнем эпитете была доля истины: одно время автор работал могильщиком, и первое его крупное произведение «Смиренное кладбище» было посвящено именно «загробной» жизни. Написанная в 1979 году, повесть увидела свет в конце 80-х, но даже и в это «мягкое» время произвела эффект разорвавшейся бомбы.Несколько слов о книге:Судьбу «Смиренного кладбища» разделил и «Стройбат» — там впервые в нашей литературе было рассказано о нечеловеческих условиях службы солдат, руками которых создавались десятки дорог и заводов — «ударных строек». Военная цензура дважды запрещала ее публикацию, рассыпала уже готовый набор. Эта повесть также построена на автобиографическом материале. Герой новой повести С.Каледина «Тахана мерказит», мастер на все руки Петр Иванович Васин волею судеб оказывается на «земле обетованной». Поначалу ему, мужику из российской глубинки, в Израиле кажется чуждым все — и люди, и отношения между ними. Но «наш человек» нигде не пропадет, и скоро Петр Иванович обзавелся массой любопытных знакомых, стал всем нужен, всем полезен.

Сергей Евгеньевич Каледин , Сергей Каледин

Проза / Русская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Измена в новогоднюю ночь (СИ)
Измена в новогоднюю ночь (СИ)

"Все маски будут сброшены" – такое предсказание я получила в канун Нового года. Я посчитала это ерундой, но когда в новогоднюю ночь застала своего любимого в постели с лучшей подругой, поняла, насколько предсказание оказалось правдиво. Толкаю дверь в спальню и тут же замираю, забывая дышать. Всё как я мечтала. Огромная кровать, украшенная огоньками и сердечками, вокруг лепестки роз. Только среди этой красоты любимый прямо сейчас целует не меня. Мою подругу! Его руки жадно ласкают её обнажённое тело. В этот момент Таня распахивает глаза, и мы встречаемся с ней взглядами. Я пропадаю окончательно. Её наглая улыбка пронзает стрелой моё остановившееся сердце. На лице лучшей подруги я не вижу ни удивления, ни раскаяния. Наоборот, там триумф и победная улыбка.

Екатерина Янова

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Современная проза
Благие намерения
Благие намерения

Никто не сомневается, что Люба и Родислав – идеальная пара: красивые, статные, да еще и знакомы с детства. Юношеская влюбленность переросла в настоящую любовь, и все завершилось счастливым браком. Кажется, впереди безоблачное будущее, тем более что патриархальные семейства Головиных и Романовых прочно и гармонично укоренены в советском быте, таком странном и непонятном из нынешнего дня. Как говорится, браки заключаются на небесах, а вот в повседневности они подвергаются всяческим испытаниям. Идиллия – вещь хорошая, но, к сожалению, длиться долго она не может. Вот и в жизни семьи Романовых и их близких возникли проблемы, сначала вроде пустяковые, но со временем все более трудные и запутанные. У каждого из них появилась своя тайна, хранить которую становится все мучительней. События нарастают как снежный ком, и что-то неизбежно должно произойти. Прогремит ли все это очистительной грозой или ситуация осложнится еще сильнее? Никто не знает ответа, и все боятся заглянуть в свое ближайшее будущее…

Александра Маринина , Александра Борисовна Маринина

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы
Дорога
Дорога

Все не так просто, не так ладно в семейной жизни Родислава и Любы Романовых, начинавшейся столь счастливо. Какой бы идиллической ни казалась их семья, тайные трещины и скрытые изъяны неумолимо подтачивают ее основы. И Любе, и уж тем более Родиславу есть за что упрекнуть себя, в чем горько покаяться, над чем подумать бессонными ночами. И с детьми начинаются проблемы, особенно с сыном. То обстоятельство, что фактически по их вине в тюрьме сидит невиновный человек, тяжким грузом лежит на совести Романовых. Так дальше жить нельзя – эта угловатая, колючая, некомфортная истина становится все очевидней. Но Родислав и Люба даже не подозревают, как близки к катастрофе, какая тонкая грань отделяет супругов от того момента, когда все внезапно вскроется и жизнь покатится по совершенно непредсказуемому пути…

Александра Маринина , Александра Борисовна Маринина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза