Читаем Стихийница (СИ) полностью

— Знаете, это совершенно не мои проблемы. Расписание уже полностью сформировано, так что я не думаю, что вы настолько глупы, чтобы лезть и менять порядок занятий всей Академии. — Он пристально взглянул на целительницу и продолжил: — А если кто‑то все таки так глуп, то экзамен он будет сдавать до конца обучения, а значит, что для вас это все три года. И не факт, что сдадите.

Взмах руки и у Наставника появляется лист льда. Демонов в Эларин, он еще и специалист Льда! Это просто невыносимые стихийники. Я застонала про себя. Ох, не зря Кайли предсказала, что год у меня будет не таким обычным как всегда.

— А сейчас мы проверим ваш уровень умений. Итак, первым у нас пойдет. — затянувшаяся пауза, которая просто выматывает нервы. — Айлит Гриван.

Блондинка вздохнула, и, расправив плечи, уверено шагнула в центр зала.

— Ивай Шаковлем! — из группы выпускников вышел парень в красно — золотой форме. Огненный боевик! Самый опасный контингент Академии. — Не смей даже думать о том, чтобы ее жалеть.

И начался бой. Ну как сказать бой. Так, скоромное избиение целителей. Хотя, по — моему мнению, Айлит довольно достойно защищалась. По крайней мере, она попыталась защититься. Смотря на это, Наставник, отсчитав минуту, остановил этот 'бой'. И вновь в центр вызвали одного целителя и одного боевика. Действительно, наш мучитель был прав, мало кто мог продержаться минуту, в основном, все выбывали сразу же, сумев выставить только жалкое подобие защиты.

Я боялась, очень боялась, и очень хотела, чтобы против меня поставили воздушника. Каждый раз как Наставник смотрел в свой ледяной список, я задерживала дыхание и судорожно выдыхала, если звучало не мое имя. Защитную магию мы проходили на первом курсе, и это было больше факультативное занятие, чем полноценная тренировка.

— Малдия Эарлис! — звук моего имени поверг меня в шок.

Судорожно зажмурившись, я вздохнула, распахнула глаза и пошла в середину зала. Спокойно, только спокойно. Обвела глазами всех боевиков и попыталась угадать, кого против меня поставят. Выхватив из толпы лицо какой‑то воздушницы, я взмолилась, чтобы поставили ее.

— Раанан Орлейс!

Вот правильно, что пошла на целителя, ибо не быть мне предсказателем. Я ошиблась, очень сильно ошиблась. Против меня вышел парень, огневик…

— Адепт Орлейс, начните с простого. Вы, помниться, на прошлом экзамене именно их и завалили, блестяще выполнив все самые сложные.

Адепт, которого назвали Орлейс, кивнул головой, и русые волосы средней длинны, непослушно упали на глаза изумрудного оттенка. У огневика изумрудные глаза? Что в этом мире перевернулось с его рождением?!

А тонкие губы адепта что‑то прошептали, и с кончиков пальцев на меня полетело пламя, преобразовываясь в обыкновенный пульсар. Так, спокойствие, полное спокойствие, это всего лишь огонь. Я не придумала ничего другого, как просто взмахнуть рукой, представить преобразование Силы в воздушный поток, влить чуть больше, чем обычно, и швырнуть в пульсар. Наивно полагала, что ветер затушит огонь, но вот это как раз тот момент, когда не стоит, ох не стоит, полагаться на случай.

Пульсар вместо того, чтобы потухнуть разгорелся еще ярче, и в меня уже летел не просто сжатый комок огня, а сильно полыхающее маленькое пламя. Лыр, лыр, лыр. Страх стер все мысли и я как завороженная смотрела перед собой. Когда пришло осознание того, что нужно все‑таки что‑то сделать, было слишком поздно. Надо было как‑то выбираться из сложившейся ситуации. И я не придумала ничего лучше, чем пуститься в истинно женское занятие — забег по залу. Огневик же вместо того, чтобы прекратить, начал усердно осыпать меня пульсарами и еще какими‑то заклинаниями, о существовании которых, я не подозревала. В зале была полнейшая тишина. И только в ней раздавались мои крики по поводу того, кто все это придумал и в какого из демонов Мэрди этот Орлейс может запустить свой очередной пульсар.

Заходя уже на пятый по счету круг по залу, я отвлеклась на очередное коварное заклинание, появившееся на поем пути. Вильнув в сторону, пригнулась как можно ниже, и побежала дальше.

Столкновение со странным объектом произошло для меня совершенно неожиданно. Врезавшись во что‑то головой, я отскочила, и, не удержавшись на ногах, упала назад. Больно, а главное, очень неприятно.

Потирая ушибленное место, я подняла глаза, чтобы узнать, что это такое резко так возникло на траектории моего бега. Первым, что бросилось в глаза, был цвет мантии — бежево — коричневый. Так, я определенно где‑то его уже видела. Глаза поднимаются выше и сталкиваются с взглядом темных, почти черных, глаз. Нехорошее подозрение, появившееся еще в начале обозрения внезапной "преграды", только укрепилось. Картинку довершали полностью седые волосы, которые были заплетены в высокий хвост и переброшены через плечо. Еще раз пробежавшись глазами по появившемуся мужчине, я поняла страшное — меня угораздило врезаться в ректора!