Читаем Стихия полностью

Я замерла. Максима передернуло, и он сжал края трибуны так, что побелели костяшки. Эрика в изумлении открыла рот. Удар ниже пояса, значит. С каждым мгновением Хранители усиливали давление. И после всего этого они говорят о доверии и уважении?

— Ника, что я говорила об открытых сердцах при нашей первой встрече? Зачем же скрывать от других свои чувства? И присутствующим станет понятно, что ты верила всем его словам, просто влюбившись.

— Да не люблю я его! — взревела я, безумно желая, чтобы мы прекратили об этом говорить.

— Хм… А зачем же тогда…

— Пожалуйста, — прошептала я, — давайте закроем эту тему, какой от нее толк?

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Грета, хотя я ждала еще много издевательств. — Тогда скажи, почему ты вообще продолжила с ним общение, узнав, что он твой враг?

— Я хотела получить от него какую-либо информацию, которая могла бы нам помочь. Как видите, информация была получена, да только не в вашу пользу, — буркнула я, яростно желая сесть, потому что сил почти не осталось.

— В твоем голосе слышатся сомнения. Я чувствую, что твоя вера Краймиусу ослабевает. Теперь перейдем к теме Лабиринтов Теней. Ты спрашивала, почему я ничего о них не рассказала? А зачем? Чтобы вы мучились, узнав их тайну? Не только ты, твои друзья тоже могли захотеть увидеть погибших родных, а мы не позволяем тревожить души умерших, это осквернит их. Но вы бы не отказались от своей идеи, не в силах совладать с кое-как спрятанной болью, которая бы непременно вырвалась наружу. И что же нам тогда было бы делать? Сажать вас на цепь? Ставить охрану у Лабиринтов? Пойми, я молчала для вашего же блага! Каждый миртранец, каждый, — Грета сделала акцент на этом слове, — знает, что вызывание души наказуемо смертью! Думаешь, Краймиус согласился помочь с ритуалом для твоего же благополучия?

— Он и собой в той же степени рисковал, так что я не имею права его обвинять, — пробормотала я, беспомощно смотря в персиковые глаза.

— Нет, Ника, собой-то он не рисковал, ведь в ритуале не участвовал. Будь там хоть толпа людей, наказывается человек, желающий вызвать душу, а также проводящий ритуал и служитель, допустивший нарушение закона.

— И вы бы убили меня? — дрожащим голосом спросила я. Грета даже растерялась от такого вопроса.

— Ритуал не проведен, незачем задавать такие…

— Вы бы убили меня?! — проорала я, пытаясь совладать с дрожью во всем теле. В персиковых глазах промелькнул отблеск не совсем понятной мне боли.

— Нет. И не потому, что ты наша Защитница, а потому, что твоя боль служит тебе оправданием. Ты знаешь, что мы можем читать души. Видя твою, я каждый раз поражаюсь твоей силе… К тому же, ты ведь ничего не знала о ритуале. Но хватит обсуждать то, чего не было. Теперь ты понимаешь, почему я молчала о Лабиринтах Теней?

— Да, — я слабо кивнула. Почему-то вдруг закружилась голова, и я почувствовала, что могу упасть в любую минуту.

— Итак, ты познакомилась с Краймиусом, чтобы добыть информацию, но ничего нам не рассказала, так как поверила в невиновность народа Горной Долины и, к тому же, хотела провести ритуал, в чем он обещал помочь? — подвела небольшие итоги Грета.

— Да, я молчала из-за ритуала, так как понимала, что помощь от врага и вообще общение с ним, вы, мягко говоря, не одобрите. И тут вы сами виноваты. Расскажи вы раньше о ритуале и Лабиринтах Теней, ничего бы меня с Краймом не связывало, — снова я пустилась в обвинения.

— Я признаю свою ошибку, Защитница Миртрана. Твоё доверие нам возвращается?

— Нет.

— А вера врагам?

— Больше, чем к вам.

— Даже несмотря на то, что Краймиус подвергал тебя смерти?

— Я не верю в это. Он не мог, просто не мог, — отвечала я, глядя Хранительнице прямо в глаза. Грета вздохнула.

— Тогда продолжим. Максим, мне нужны твои воспоминания. Прости, но я тоже извлеку их сама, так будет точнее. Ты согласен?

— Согласен.

С Максом дело обстояло гораздо быстрее. Интересно, как проявилась его метка, среагировав на предательство? Наверное, это было больно?

— Отвечаю на твой мысленный вопрос: ощущения должны быть не самые приятные. Но, когда ты попала в Лабиринты Теней, заключила сделку с врагом и участвовала в ритуале, метка Максима загорелась сразу двумя цветами. Следовательно, своим предательством ты, к тому же, угрожала собственной жизни.

— Что же такого со мной могло случиться, встреться я с душой мамы? — нахмуренно спросила я.

— Начнем с того, что с душой матери ты бы и не увиделась. Просматривая твои воспоминания, я сомневалась, но, увидев все со стороны глазами Максима, отбросила сомнения. Фандиф, который, кстати, является чуть ли не правой рукой Правителя Горной Долины…

— Что?! — изумилась я, вспоминая распевающего пророчества старика.