Читаем Стихи и проза полностью

Давыдов, баловень счастливыйНе той волшебницы слепой,И благосклонной, и спесивой,Вертящей мир своей клюкой,Пред коею народ трусливыйПоник просительной главой,—Но музы острой и шутливойИ Марса, ярого в боях!Пусть грудь твоя, противным страх,Не отливается игривоВ златистых и цветных лучах,Как радуга на облаках;Но мне твой ус красноречивый,Взращенный, завитый в поляхИ дымом брани окуренный,—Повествователь неизменныйТвоих набегов удалыхИ ухарских врагам приветов,Колеблющих дружины их!Пусть генеральских эполетовНе вижу на плечах твоих,От коих часто поневолеВздымаются плеча других;Не все быть могут в равной доле,И жребий с жребием не схож!Иной, бесстрашный в ратном поле,Застенчив при дверях вельмож;Другой, застенчивый средь боя,С неколебимостью герояВельможей осаждает дверь;Но не тужи о том теперь!На барскую ты половинуХодить с поклоном не любил,И скромную свою судьбинуТы благородством золотил;Врагам был грозен не по чину,Друзьям ты не по чину мил!Спеши в объятья их без страхаИ, в соприсутствии нам Вакха,С друзьями здесь возобновиСоюз священный и прекрасный,Союз и братства и любви,Судьбе могущей неподвластный!..Где чаши светлого стекла?Пускай их ряд, в сей день счастливыйУставит грозно и спесивоОбширность круглого стола!Сокрытый в них рукой целебной,Дар благодатный, дар волшебныйБлагословенного АиКипит, бьет искрами и пеной! —Так жизнь кипит в младые дни!Так за столом непринужденноРодятся искры острых слов,Друг друга гонят, упреждаютИ, загоревшись, угасаютПри шумном смехе остряков!Ударим радостно и смелоМы чашу с чашей в звонкий лад!..Но твой, Давыдов, беглый взглядОкинул круг друзей веселыйИ, среди нас осиротелый,Ты к чаше с грустью приступил,И вздох невольный и тяжелыйПоверхность чаши заструил!..Вздох сердца твоего мне внятен,—Он скорбной траты тайный глас;И сей бродящий взгляд понятен —Он ищет Бурцева средь нас.О Бурцов! Бурцов! честь гусаров,По сердцу Вакха человек!Ты не поморщился вовекНи с блеска сабельных ударов,Свистящих над твоим челом,Ни с разогретого арака,Желтеющего за стекломПри дымном пламени бивака!От сиротству́ющих пировТы был оторван смертью жадной!Так резкий ветр, посол снегов,Сразившись с ло́зой виноградной,Красой и гордостью садов,Срывает с корнем, повергаетИ в ней надежду убиваетУсердных Вакховых сынов!Не удалось судьбой жестокойУдарить робко чашей мнеС твоею чашею широкой,Всегда потопленной в вине!Я не видал ланит румяных,И на челе — следов багряныхПобед, одержанных тобой;Но здесь, за чашей круговой,Клянусь Давыдовым и Вакхом:Пойду на холм надгробный твойС благоговением и страхом;Водя́ных слез я не пролью,Но свежим плю́щем холм украшуИ, опрокинув полну чашу,Я жажду праха утолю!И мой резец, в руке дрожащий,Изобразит от сердца стих:«Здесь Бурцов, друг пиров младых,Сном вечности и хмеля спящий.Любил он в чашах видеть дно,Врагам казать лицо средь боя.—Почтите падшего герояЗа честь, отчизну и вино!»
Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное